- В магазин, и домой? – спросил Джерард, кутаясь в ворот куртки. Я только кивнул и улыбнулся в ответ. Я был сыт и абсолютно доволен жизнью.
Небольшой магазин на углу из тех, что работают допоздна. Кассир за стойкой и дремлющий у двери охранник. В похожем подрабатывал Джерард в ночные смены. Выбор не слишком большой, но есть почти всё необходимое. Лично нас это устраивало. Друг скидывал в корзину недорогие полуфабрикаты, макароны, какие-то консервы. Я не вмешивался. Платил-то он. Мы остановились у стойки с табачной продукцией.
- Ты когда-нибудь воровал? – спросил он шёпотом, наклоняясь ближе.
- Что? Нафиг? – удивился я. Так неожиданно. К чему он вообще?
- Попробуй. Это весело. Укради для меня пачку сигарет, – сказал он и отошёл к противоположной стойке, оставив меня сжимать потеющие ладони в карманах. Что это сейчас было? Я раздумывал несколько мгновений. Кассир отвернулся, и я, больше действуя по наитию, чем на самом деле соображая, схватил ближайшую пачку и с разбегу сунул её в карман. Сердце стучало как у бешеной загнанной в колесе белки. Я не понимал, что сделал, а самое главное, зачем. Джерард с совершенно невинным видом развернулся и пошёл к кассе.
- С вас семь долларов и тридцать центов, – сказал парень, и друг расплатился, поглядывая на меня искоса с хитрой ухмылкой. Мы уже шли на выход, как дремавший охранник вдруг ни с того ни с сего заворочался, поднял на нас глаза и сказал мне:
- Молодой человек, покажите ваши карманы.
Моё сердце обвалилось куда-то вниз и разбилось каменным крошевом. Кажется, я онемел, потому что не мог ни двинуться, ни сказать хоть что-то. Насколько безумно стыдно…
- Молодой человек? Ваши карманы.
Охранник выглядел очень серьёзно, а меня почти трясло. Язык прилип к гортани, как вдруг за спиной раздался бодрый жизнерадостный голос:
- Ох, сэр. Простите. Это была просто шутка, – я почувствовал, как пальцы Джерарда забрались в мой карман и вытащили пачку сигарет, – розыгрыш. Я развёл друга на слабо, прошу вас, давайте забудем всё это? – он подцепил одеревеневшего меня и как-то боком, боком стал протискиваться к выходу под суровым взглядом мужчины в форме. – Прошу, простите нас. С наступающим! – и мы, наконец, вышли на морозный декабрьский воздух.
Он тянул меня за рукав куртки вперёд и молчал. Я до сих пор соображал неважно, но чувствовал, как его медленные шаги постепенно ускоряются, так что вскоре мы перешли на бег. Пробежав как последние придурки квартал или чуть больше, остановились между домами. Я видел, что он сейчас взорвётся, а сам пытался отдышаться.
- Пф-ф-ф… А-ха-ха! – не удержался он, почти складываясь пополам. Его трясло, и он хохотал так, словно за всю свою жизнь не видел ничего смешнее. Это было не слишком лестно, но его лицо в этот момент было настолько красивым, что я тоже улыбнулся в ответ, приваливаясь к противоположной стене. Через распахнутую куртку к разгорячённому телу пробирался холод, и я зябко поёжился. – Фрэнки, вот это ты отжёг! Вот это номер, Господи… Видел бы ты своё лицо…
- Будто бы ты его видел, – буркнул я, смотря на это хохочущее чудо исподлобья и уже улыбаясь до ушей. – Ты был за моей спиной.
- Отражение, чудила. Я видел в стеклянной двери, что у тебя чуть глаза не выпали. Ну ты и … – и он снова засмеялся, пока не начал задыхаться от нехватки кислорода. Я в это время натягивал на уши шапку и застёгивал куртку, когда он, вдруг успокоившись, вытащил из кармана ту самую пачку и, смакуя мой вероятно снова неповторимый взгляд, стал медленно распаковывать её с видом победителя.
- Какого?.. – ошеломленно выдал я. – Как тебе удалось?
Джерард только усмехнулся, протягивая мне сигарету. Не то чтобы я хотел курить, но если за компанию с ним – ох, я бы много на что согласился просто за компанию с ним. Я тут же определил ей место между губ, примериваясь к забытым ощущениям.
- Пока они отвлекались на тебя, я стащил вторую. Я ведь всё так же хочу курить, – он улыбнулся, поджигая сигарету старенькой зажигалкой, а потом неожиданно подошёл ближе и, наклонившись к моему лицу, прикурил мне прямо от своей. Его глаза полыхнули алым, когда я затягивался. Они словно выедали из меня душу. Внутри что-то ёкнуло, но он уже отстранился.
Мы курили в этом тёмном переулке, наблюдая за тем, как по тротуару в пяти шагах от нас ходят люди и взрезают сумрак светом фар машины. Я курил неторопливо и неглубоко, чтобы не закашляться и не выставить себя лузером в очередной раз. Терпкий крепковатый дым саднил горло и обжигал слизистые, ударяя в голову и почему-то в пах. Часто замечал за собой эту странную реакцию. Порой табак действовал на меня подобно лёгкому афродизиаку, вызывая приливы внизу живота. Я поёжился, благодаря застёгнутую куртку.
