Мне не хотелось быть навязчивым, не хотелось быть зацикленным. Я очень надеялся, что не выглядел таким, но любой мой взгляд выдавал сполна мою одержимость. Я очень хотел, чтобы эта чёртова школа уже закончилась и начались каникулы. Не потому, что не любил школу, нет. Мне даже нравилось учиться, в какой-то мере. Но я надеялся, что на каникулах наверстаю всё что только можно в компании Джерарда. О, это единственное, помимо мечт о пляже и прохладной воде океана или хотя бы залива, что давало мне силы жить последние месяцы.
Будильник звонил. И так как в прошлый раз я гневно смахнул его на пол, теперь пришлось вставать, чтобы его выключить. Ноги коснулись прохладного пола, и именно в этот момент в приоткрытое окно просунулась черноволосая голова.
- Эй, малыш, – тихо сказал Джерард, хотя я и так во все глаза уже смотрел на него. Удивлённо? О. Это слово вообще не выражало степени моего удивления.
- Джерард? Ты чего здесь делаешь? – спросонья я и правда плохо соображал. Я не сразу понял, что он пришёл. Пришёл ко мне, как и обещал. Вот только запоздал на пару недель.
- Хм, – он изобразил задумчивость на лице, чуть нахмурившись. – Может, я сначала заберусь внутрь, а потом вопросы? – предложил он. Я только пожал плечами в ответ и стал наблюдать, как он переваливается через подоконник, как тут же, совершенно бесстыдно, начинает стягивать футболку, расстёгивать ремень и снимать джинсы, прыгая на каждой ноге по очереди. Кажется, я отмер только тогда, когда он забрался на мою ещё тёплую кровать и обнял меня со спины, прижимаясь прохладной грудью и выдыхая слева от шеи. – Ох, как же хорошо здесь, у тебя, – промурлыкал он, и мне отчётливо пахнуло алкоголем. – Так сонно, тихо, я бы проспал тут вечность. – Джерард прижался губами к моему плечу, посылая по телу волну жарких мурашек.
- Ты пил? – поинтересовался я, прикрывая глаза. Джерард уже прикусил кожу на шее, но мой вопрос заставил его оторваться от этого занятия:
- Бутылку пива после работы. Ты что, меня допрашиваешь? – в его голосе было столько удивлённого возмущения, что я невольно улыбнулся.
- Вообще-то сейчас только восемь утра, Джи. Тебе не кажется, что пить пиво в восемь утра – как-то не круто?
Он вздохнул. Глубоко так, даже надрывно. Упёр лоб мне пониже шеи. Потёрся носом о кожу.
- Фрэнки, я так устал… Я заебался просто, если честно. Давай ты не будешь читать мне мораль? Только не ты, пожалуйста, – он замолчал, снова потёрся носом о выступающий позвонок, а после поцеловал – чуть засасывая кожу. Хорошо, что это место скрывается воротником рубашки, которую мне уже надо было надевать по-хорошему. – Сегодня была последняя смена, я взял отпуск, чтобы спокойно закончить с учёбой. Так что теперь я весь твой, детка…
Я хихикнул. Это было нервное, я понимаю, но я ничего не мог с собой поделать, и захихикал.
- Ты чего? – удивился Уэй, заглядывая мне в лицо.
- Джи, с сегодняшнего дня у нас начинаются зачётные недели. Мне надо одеваться, умываться, завтракать и сваливать, если я хочу успеть к началу теста. Я, конечно, с удовольствием остался бы тут, с тобой, но…
- Блять, – донеслось из-за спины то ли расстроенно, то ли зло. – Точно. Майки же говорил, у меня всё нахрен из головы повылетало с этими учёбами и работой… Фрэ-энки, – простонал он, укладывая голову мне на плечо, в то время как его ладони уже скользили по бокам, животу, пока правая нахально не забралась под резинку белья. – Ну как так? Чёрт… У меня были такие планы…
Я таял. Меня уже уносило – его движения были такими мягкими, ласковыми. Совсем неторопливыми, словно у нас не пара минут, а всё утро впереди. Я сглотнул – жар внизу живота резво откликался на его руку. Это было совершенно некстати. Ох, вот же западло. Я уверенно положил свою ладонь на его – танцующую под моим бельём. Сжал, лишил свободы движения.
- Я реально опаздываю уже, Джи, – огорчённо сказал я. Это было чертовски, просто до одури обидно. Но если я не поднимаюсь с кровати сию минуту, я совершенно точно не успеваю к началу теста. А чем это будет чревато для меня, я предпочитал не думать.
- Ладно, ладно, – вздохнул Уэй, убирая руку и просто обнимая меня под животом. – Понял я. Но поцеловать-то ты меня можешь? М?
Я тут же повернулся к нему – о, только теперь я ясно увидел его тёмные круги под глазами, они смотрелись по-настоящему чудовищно. Белки глаз сплошь покрыты красными прожилками, и от этого Джерард выглядел слишком бледным и даже больным. Он смотрел мне в глаза, и взгляд был тёмный, затуманенный – то ли усталостью, то ли пивом. Но от него ощутимо расползалось сладкое тянущее тепло по телу. Мои руки забрались в его волосы, скользнули к затылку. Он легко-легко улыбнулся, выдыхая, расслабляясь под движениями пальцев. Он просто обожал, когда его волосы и голову трогали. Но позволял это только Майклу и мне.
