Кажется, я нашёл новую работу для себя. Осталось только добиться, что бы меня допустили до неё. Когда я уходил, еще один звук пронёсся по ангару, на этот раз он был похож на скрежет. Я видел состояние корпуса, я его варил. Для меня не было ничего удивительно в том, что старый корпус стонет после ремонта. Множественные локальные тепловые деформации, никогда положительно не сказывались на внутренних напряжениях метала.
К работам с шаттлами и другой техникой меня допустили только спустя два дня, с момента подачи запроса. Он был объёмный, я постарался приложить пикты, акты и протоколы по прошлым работам с двигателями, из тех что сохранились на моём инфопланшете. Мне нужно было сразу показать свои знания, опыт и компетентность в этих работах. Вместе с заданием я получил и вполне исчерпывающий пакет данных на шаттл. Пикты схем и механизмов были не полные, но позволяли хоть от чего-то отталкиваться. А вот литаний, молитв и ритуалов было преизрядное количество и через их реальный смысл еще предстояло продираться. Порой они даже повторялись, различаясь лишь в несущественных мелочах, вроде разновидностей священного масла или количества прочитанных летаний.
Первое мое появление в ангаре у соседнего с пуританами шаттла вызвало оживление в их рядах. Они переговаривались между собой глядя как я совершаю обход и заглядываю в технические лючки сверяясь с инфопланшетом. Порой до меня долетал приглушённый писк их бинарной речи. Не желая еще больше смущать наблюдателей своим неуважением, я приступил к обрядам и летаниям из переданного мне пакета. Попутно пытаясь разобраться в их исконном смысле. Самое удивительное, что я отметил так это возникшее чувство удовлетворения, как от хорошо проделанной работы. Гул пчёл, про который я было забыл снова возник где-то далеко на периферии. А к чувству удовлетворения примешались нотки незаконченности. Это заставило меня остановиться и погрузиться чуть глубже в свои ощущения. Они были чем то отдалённо схожи с тем чувством эйфории которое я ощущал во время коллективных месс в храме Деус Механикус. Первое знакомство с челноком несло сдвоенные чувства. Первое я прикоснулся к чему-то новому или как будто вспомнил хорошо забытое старое. Второе челнок был не просто изношен, можно было сказать, что его убили. Летать на нём было попросту опасно! Настоящая лотерея, что из систем откажет первым.
Нужно было изучить подробнее присланные данные, с точки зрения найденных неисправностей и переварить новые ощущения. А комфортнее всего это было сделать в моей мастерской.
Металлический стакан с заваркой приятно парил перед лицом, а кусочек солёного крекера медленно расползался во рту. В отличай от трав с Жао-Аркад запасы галет неуклонно таяли. Этому способствовали наскоки одной неуёмной особы. Инфопланшет едва слышно тренькнул. Вчитавшись в сообщение понял, что сегодня их запасы уменьшаться ещё сильнее. Получив команду с инфопланшета магнитный замок щёлкнул и в помещении стало на одного адепта больше. Дверь за спиной мягко закрылась и повторный щелчок оповестил, что мастерская снова отрезана от мира.
Человеческая рука легла мне на голову, в то время как аугментировннная кисть, раскрывшимся пинцетом, молниеносно подхватила с стола кусочек крекера. Над головой раздался хруст.
Панна так и не научилась смаковать их, растягивая удовольствие, вместо этого жадно сметая всё в области видимости. А вот мою не любовь к прикосновениям аугментированной конечности заметили быстро. И без необходимости старалась не пользоваться ею. Это было странно с точки зрения адепта Омниссии, но особо с расспросами она не лезла. Её рука было скользнула под мантию и ниже, но была остановлена моей. Мысли блуждали в схемах шаттла и текстах летаний, мне было не до «эмоциональной разрядки, через стимуляцию биологической составляющей» как именовала этот процесс Панна.
Инфо планшет снова тренькнул. Скосив взгляд я слегка сморщился. Сгорел сарай, гори и хата. Процедура с замком снова повторилась. На этот раз под ударом оказался стакан с горячим напитком. Панна же уже сидела рядом, слегка отстранено и надменно. Как будто всегда, так и было.
По другую от неё сторону, на металлический короб приземлилась лысая голова с шестерёнкой. Будто следуя дурному примеру Маяр сокращал мои запасы чая. Его бдения на оружейных палубах закончились не малым успехом. Подробностей не знаю но его отмечали, а то, что он смог сохранить статус ученика, само по себе значило не мало. Так я и сидел окружённый хрустом галет и присёрбыванием отвара. Раздражение и злость копились с каждым новым звуком и вот когда они уже были готовы вырваться наружу передо мной появились стакан и надкушенная галета.Пришла моя очередь издавать звуки. Смакуя галету и запивая уже подстывшим, терпким чаям, я пытался понять как эти засраны так тонко чествую нужный момент.
- Завтра мы выходим из варпа. – нарушил тишину Маяр
- Счёго ты это взял? – с недоверием спросила Панна