— Если я спрошу вас не о том, где находится этот чертов корабль, но где он
Черные глаза Пинту пробуравливали его насквозь.
— Чего вы от меня хотите, я что, ясновидящий? Хотите, чтобы я нашел вам корабль, подвесив маятник над картой?
Хьюго расхохотался — как будто непроизвольно. В действительности он все точно просчитал.
— Нет. Но вы знаете Тревиса, и вы моряк. Постарайтесь рассуждать логично, припомните — вдруг вы знаете какое-то место, где Тревис мог поставить ангар для судна, где-нибудь на пляже?
Пинту задумался.
— Нет, — наконец ответил он. — Честно говоря, он может быть где угодно. Не знаю… в Сетубале или в Алгесирасе…
— Нет, нет, он в Португалии, где-то здесь, в Ал-арве. В каком-то месте, которое любит…
— Господи Иисусе, да вы упрямец… (Это он сказал по-португальски.)
— Да. Слушайте, я не хочу вас пугать, но с типом, который приезжал к вам, шутки плохи. Мы с Анитой должны найти Тревиса раньше, чем он, понимаете?
— Это как-то связано с событиями в Эворе? Там вроде была сущая мясорубка…
— Хьюго с трудом скрыл улыбку. Расскажи он ему правду, в таких обстоятельствах, это было бы страшно.
— Да-да, эти ребята шутить не любят. Я боюсь, что Тревис в опасности, да и вы тоже, так что самое лучшее для нас — найти его первыми.
В комнате снова наступила тишина, прерываемая ритмичным стуком пишущих машинок и телефонными звонками.
Пинту поерзал в кресле:
— Я согласен, господин Цукор. — Он тяжело вздохнул. — Но я, по сути дела, мало что знаю. Тревис — необычный человек, он периодически вот так исчезает, я уже рассказывал госпоже…
— Ван Дайк, я знаю. Я просто прошу вас пошевелить извилинами и припомнить несколько мест, куда любил наведываться Тревис в те благословенные времена, когда вы его хорошо знали. Как вам кажется, вы в состоянии это сделать?
Нужно было подстегнуть события. Время поджимало. Становилось не до шуток.
Пинту пристально взглянул на него. В глазах были самые разные чувства, но только не агрессивность.
— Так, не думаю, чтобы он поехал в Каса-Асуль, это в Сагрише…
— Бывший дом Евы Кристенсен?
— Да… с этим у него связаны дурные воспоминания, но в то же время…
Взглядом Хьюго просил его продолжать, не вдаваясь в ненужные рассуждения.
— Как бы вам объяснить? Тревиса страшно занимала история мореплавания. Именно в Сагрише великие португальские исследователи первого поколения задумывали свои путешествия через Атлантику, именно оттуда стартовали экспедиции к мысу Доброй Надежды… Тревису все это было очень интересно, я помню, что он часто ездил на мыс Сагриш, откуда Энрике Мореплаватель повел первые каравеллы к Мадейре, к Азорским островам, в Африку…
Хьюго запомнил эту информацию. Мыс Сагриш.
— Но это недалеко от Каса-Асуль, и он наверняка считает это место проклятым — из-за жены…
— Он что, по-вашему, верит в злых колдуний? Пинту взглянул на него с укоризной:
— Да, вы точно не знакомы с госпожой Кристенсен… Кроме того, Тревис, как все моряки, суеверен, он не стал бы крестить свой корабль в нескольких кабельтовых от Каса-Асуль…
— Хорошо, — вздохнул Хьюго, — вычеркиваем Сагриш… Что еще?
— Ох, честно говоря, там, как мне кажется, скорее всего…
— Постарайтесь.
Собеседник взглянул на него, пытаясь скрыть улыбку:
— Да-а, от вас не так-то легко отделаться…
— Уверяю, я человек воспитанный и умею себя вести, но сейчас нахожусь, так сказать, под давлением обстоятельств. Улавливаете?
— Вроде да. — Пинту хохотнул. — Знаете что, вы не очень на меня наседайте.
Он выдвинул ящик, достал оттуда серый автоматический пистолет и положил его на стол.
Хьюго узнал модель — русский, «Токарев». Медленно покачал головой в знак согласия:
— Да уж, не стану… Ну, так что насчет этого места?
Нужно было поддерживать свою репутацию.
Пинту вздохнул:
— Не знаю… Так, что-то приблизительное…
— Я вас слушаю.
— Перед тем, как они уехали в Барселону, он говорил о каком-то местечке, кажется, возле Одесеиксе. Ему там нравилось, он там часто бывал. Года три назад, еще до того, как он советовался со мной по поводу судна, я его случайно там встретил.
— Одесеиксе?
— Немного севернее, в устье Миры, в сторону мыса Синиш. Мы случайно встретились на дороге и поболтали.
А вот это уже стоящая информация.
— Где это точно, если в километрах?
— По 125-й, потом по 120-й примерно двести. После Одесеиксе надо повернуть к морю по маленькой местной дороге.
Хьюго лихорадочно соображал.
— Так… Скажем, часа два-три.
Он посмотрел на часы, стараясь выглядеть как можно спокойнее.
Ах, дьявол, уже шесть часов прошло…
Он пристально взглянул в глаза Пинту и одарил его самой человечной улыбкой, на какую был способен:
— Скажите честно, Жоакин, у вас на сегодняшний вечер что-то намечено?
Когда они подъезжали к пригороду Тавиры, сидевший рядом с ним бывший бразильский капитан вдруг рассмеялся:
— Ну и ну, должен признаться, никогда еще не встречал типа, который так умеет уговаривать…
Хьюго неопределенно улыбнулся, переключая скорость:
— А у вас было какое-то дело поважнее? Пинту откинулся на подголовник:
— Нет, конечно… Если Тревис влип, то я должен помочь ему выпутаться.
