И он тихонько побарабанил пальцами по пистолету, засунутому за пояс.
Хьюго молча вставил в радиолу кассету Хендрикса.
На выезде из города он заметил телефонную будку и остановился.
— Мне надо позвонить Аните, — объяснил он и, Удивляясь собственному лихорадочному нетерпению, набрал номер, соблюдая все условленные предосторожности.
На четвертом гудке после второго набора номера Анита ответила.
Когда в трубке зазвучал ее голос, перед глазами Хьюго уже стояло ее лицо.
— Это Анита, я слушаю…
Он слышал ее дыхание, и воображаемый образ постепенно наполнялся жизнью. Волосы, беспорядочными локонами падающие на плечи. Стройная фигурка в черном свитере, обнаженная рука, выглядывающая из бинтов и отрезанного рукава, в угольно-черном лубке, похожем на странные боевые доспехи.
— Это Анита, я слушаю.
Чер-р-т! Надо спуститься на землю. В голосе Аниты послышались тревожные нотки.
— Хьюго… привет. Все в порядке… небольшие проблемы с соединением… Так, у меня есть новости. А у вас?
— Я только что говорила с инспектором из Фару. Он обзвонил почти все порты провинции, пока что никакой «Манты» в регистрах не найдено…
— Это нормально.
— То есть как?
— Не стоит искать в Алгарве. Нужно взять повыше, в Баикса-Алентежу, Одесеиксе, на мысе Синиш, понимаете?
— Как вы это выяснили?
— Ну, это долгая история… Пинту кое-что вспомнил, и мы собираемся там порыскать…
— Вы собираетесь порыскать? Что это значит?
— То, что сказал. Пинту со мной…
— Вы спятили. Он вздохнул.
Она сказала это с неподдельным отчаянием.
— Не настолько я и спятил. Пинту знает местность, он моряк, он понимает культуру страны и знаком с Тревисом. Это увеличивает мои шансы найти отца Алисы раньше других. Я вам как-нибудь расскажу об уроках Ари Мое…
Черт побери, он чуть было не назвал настоящее имя Ари.
— Гарри Мосс Бильбо?
— Один мой друг. Проехали… Так вы не забудете? Пусть полиция ищет на побережье Алентежу, не в Алгарве. Я перезвоню позже, расскажу, как наши дела…
— Ладно.
Судя по всему, она смирилась со своим вынужденным бездействием.
Хьюго сам не понимал, почему вдруг решил продолжить разговор.
— Да, а вы ничего подозрительного не заметили? Машин, ездящих вокруг дома, туристов с большими биноклями?
В трубке послышался звонкий смех.
— Нет, нет, Хьюго, не волнуйтесь. Вообще, должна вас поблагодарить за лечение. Рана затягивается, а перелома вроде не было. Через неделю верну форму на сто процентов.
— Тем лучше…
Он не знал, что еще сказать. Тишина, нарушаемая только треском на линии, заполнила мир.
— Алло, Хьюго? Снова смех.
Звонкий голосок, — казалось, телефонная кабина звенит, как хрустальный бокал.
Он вдруг понял, что его состояние трудно назвать нормальным, и сделал над собой невероятное усилие, чтобы вернуться к суровой действительности.
Пора было ехать дальше.
— До вечера.
Его голос прозвучал как хриплый рык, но в нем было новое и очень стойкое чувство.
Он повесил трубку, не дожидаясь ответа, и вернулся в машину.
Отъехав от кабины, увеличил громкость. «Easy Riiider», — выводил Хендрикс в сопровождении гитар.
Easy Riiider…
После Фару 125-я свернула в направлении Вила-Маура.
— А вы ни разу не слышали, чтобы он говорил о каком-нибудь участке, складе? Даже когда виделись с ним в Вила-Реал?
— Нет, нет. Ни разу. Он просто говорил, что советовался с кем-то о постройке парусника, может, он даже не имел в виду его собственный корабль…
— Ясно…
Хьюго бросил взгляд в зеркало заднего вида.
— Я не знаю, почему он решил держать это в тайне, может, потому, что Грек был в курсе… — продолжал Пинту, размышляя вслух.
— Угу… Слушайте, давайте немного про этого типа из журнала по судоходству. Вы его машину видели?
— Да. — Пинту широко улыбнулся. — Я посмотрел в окно, а он как раз остановился на минутку на дороге. Кремовый «Пежо-405», М116. Супертачка.
— Ах так… Значит, не белый «сеат»…
— Нет, М116, я уверен… а что?
— Да так… едет за нами одна от самой Тавиры, по-моему… Но я засек ее только после выезда из Фару.
Пинту повернулся, попытался разглядеть машину в правое боковое зеркало.
— Белый «сеат»?
— Вот-вот. Но сейчас он довольно далеко…
— Что собираетесь делать?
— Пока ничего. Ехать…
— И как далеко, Господи Иисусе, до норы Тревиса?
Тон был далеко не ласковый.
— Нет, до ночи… скоро остановимся.
— До ночи? У вас есть план?
— Нет, пока нет, но не сейчас, так через какое-то время представится случай, не сомневайтесь.
— Значит, так и будем ехать?
— Так и будем.
Случай представился между Албуфейрой и Сильвишем. Он увидел узкую дорогу, почти проселочную, ведшую на север в направлении предгорий Мончике и Калдейрау. Небо порозовело, синие и фиолетовые облака плыли над холмами. Сверкнув последним оранжевым отблеском, солнце скрылось за линией горизонта. Хьюго, не задумываясь, резко повернул направо. Потом сбавил скорость — ехать было нелегко.
В зеркало он увидел, что «сеат» тоже свернул с шоссе и последовал за ними по каменистой и сухой долине, которую оживляли пышные заросли на склонах холмов.
— Так, теперь надо бы найти какую-нибудь сельскую дорогу или совсем маленькую тропку…
