— Мой старый учитель говорил, что нет лучше поступка, чем возведение хорошего здания. Оно дает что-то тем, кто живет в нем, и тем кто в него приходит, и даже тем, кто проходит мимо. В жизни я не много старался по-настоящему, но я старался, чтобы сделать хорошее здание из этого. Надеюсь, оно простоит немного дольше, чем другие здесь. Пусть Бог улыбается на него, как Он улыбался на меня с тех пор, как я упал в ту реку, и принесет приют и процветание его жильцам.
— И выпивка для всех бесплатно! — проревел Карнсбик. Жалобы шокированного Маджуда были утоплены в толкучке у стола, где стояли бутылки. — Особенно для самого мастера плотника. — И изобретатель как по волшебству материализовал стакан в руке Темпла и налил огромную порцию, улыбаясь так широко, что Темпл не мог отказать. У него с выпивкой могли быть разногласия, но если бутылка всегда была готова прощать, почему бы ему не поступить также? Разве прощение не было соседом божественного? Как от одного стакана можно захмелеть?
Достаточно пьяный для следующего, он повернулся.
— Хорошее здание, парень, я всегда знал, что у тебя есть скрытые таланты, — сбивчиво говорил Свит, плеская третью в стакан Темпла. — Хорошо скрытые, но какой смысл в явных скрытых талантах?
— В самом деле, какой? — согласился Темпл, проглатывая четвертую. Он все еще не мог назвать это приятным на вкус, но это уже не было, словно глотаешь раскаленную докрасна проволочную мочалку. Как бы то ни было, как он мог захмелеть от четырех стаканов?
Бакхорм достал скрипку и теперь с трудом пиликал, пока Плачущая Скала на заднем плане наносила увечья барабану. Были танцы. Или по крайней мере исполненный благих намерений топот в присутствии музыки, если уж не в точности с ней связанный. Добрый судья назвал бы это танцами, а Темпл сейчас чувствовал себя добрым судьей, и с каждым стаканом — он потерял счет точным числам — он становился все более добрым и менее осуждающим, так что когда Лулин Бакхорм положила на него маленькие, но сильные руки, он не возразил и фактически протестировал напольные доски, которые сам положил лишь пару дней назад с некоторым энтузиазмом.
В комнате становилось жарче и громче, сияющие от пота лица плыли на него полные смеха и, черт возьми, но он был доволен собой, как он не мог вспомнить когда. Возможно той ночью, когда он присоединился к Компании Милосердной Руки, и жизнь наемника была жизнью, в которой хорошие люди вместе встречают риск лицом к лицу, и смеются над миром, и ничего общего с воровством, насилием и убийствами в промышленных масштабах. Лестек пытался добавить свое пение к музыке, неудачно, закашлялся и вынужден был быть сопровожденным на воздух. Темпл подумал, что видел Мэра, мягко разговаривавшую с Ламбом под бдительными взглядами нескольких ее головорезов. Он танцевал с одной из шлюх, и делал комплименты ее одеждам, которые были отвратительно яркими, и она все равно не могла его слышать и продолжала кричать «Что?». Затем он танцевал с одним из кузенов Джентили, и делал комплименты его одежде, которая была покрыта полосами грязи от старательства и пахла, как недавно вскрытая могила, но мужчина все равно радостно улыбнулся от комплимента. Корлин протанцевала мимо в величественной схватке с Плачущей Скалой, обе выглядели важно, как судьи, обе старались вести, и Темпл чуть не подавился языком от несходства этой пары. Затем внезапно он танцевал с Шай, и наполовину полным стаканом в одной руке, а у нее была наполовину пустая бутылка.
— Никогда не думал, что ты танцуешь, — крикнул он ей в ухо. — Слишком твердая для этого.
— Никогда не думала, что ты танцуешь, — ее жаркое дыхание было у его щеки. — Слишком мягкий.
— Без сомнения ты права. Моя жена меня научила.
На мгновение она напряглась. — У тебя есть жена?
— Была. И дочь. Они умерли. Давным-давно. Иногда не чувствуется, что так давно.
Она выпила, глядя на него сбоку через горлышко бутылки, и было что-то в этом взгляде, отчего он затрепетал, затаив дыхание. Он наклонился, чтобы поговорить, а она обхватила его за голову и весьма свирепо поцеловала. Если б у него было время, он мог бы обосновать, почему она была не из тех, кто создан для нежных поцелуев; но не было времени на рассуждения, ни на поцелуй в ответ, или отталкивание ее, или хотя бы на то, чтобы понять, что он предпочитает, прежде чем она оттолкнула его голову и танцевала с Маджудом, а сам он наткнулся на Корлин.
— Если думаешь, что получишь еще один от меня, тебе придется подумать еще раз, — прорычала она.
Он прислонился к стене, голова кружится, лицо потеет, сердце стучит, словно у него лихорадка. Странно, к чему может привести небольшой обмен слюной. Ну, вместе с несколькими порциями выпивки с человеком, который десять лет не пил. Он посмотрел в стакан, лучше было вылить остатки под стену, но вместо этого он решил их выпить.
— Ты в порядке?
— Она меня поцеловала, — пробормотал он.
— Шай?
Темпл кивнул, затем понял, что говорил это Ламбу, и вскоре после этого, что это возможно было не самое умное.
