– Может показаться, что эти люди похожи на чудовищ. – Голос Темпла повышался и понижался, пальцы шевелились и указывали, что, на взгляд Шай, очаровывало толпу. – Но правда заключается в том, что для этого не нужно никакого волшебства. Плохие друзья. Неверное решение. Неудача. И трусость, примерно такая же, как у всех. – Шай предложила выпивку Лэмбу, но он так увлекся проповедью, что и не заметил. Вместо него бутылку взяла Корлин. – Но собравшиеся здесь сегодня взыскуют милости твоей. Ты видишь здесь разных людей. – И довольно много, поскольку толпа постоянно росла. – Не идеальных, конечно. У каждого свои недостатки. Некоторые излишне жестоки. – Темпл строго глянул на Маджуда. – Некоторые склонны к пьянству. – Горлышко бутылки замерло на полпути к губам Корлин. – Некоторые слегка жадничают. – Взгляд его упал на Шай, и ей потребовалось усилие над собой, чтобы не почувствовать угрызения совести. – Но каждый из них прибыл сюда, чтобы делать что-то!
Одобрительный шум прокатился по рядам Братства. Впереди стоящие кивали.
– Каждый из них выбрал трудный путь! Правильный путь! – Нет, он в самом деле хорош. Шай едва узнавала в этом человеке, овладевшем сердцами так, будто слово Божье изливалось через его уста, жалкого хлюпика, скулившего о надоевшей пыли по десять раз на дню. – Они отважно встречают опасности в этих диких краях, чтобы собственными руками построить себе новые жизни, чтобы праведными усилиями пройти своим путем! – Темпл широко раскинул руки, как бы желая обнять паству. – Они – достойные люди, Боже! Твои дети стоят пред тобой, исполненные упорства и надежды! Защити их от грозы! Проведи их сквозь испытания дня нынешнего и всех грядущих дней!
– Ур-ра! – закричал дурачок, подпрыгивая и молотя в воздухе кулаками. Его восхищение легко переключилось на нового пророка. – Достойные люди! Достойные люди! – скакал он и кричал, пока Корлин не сцапала его за шиворот и не заткнула.
– Хорошо сказано, – одобрил Лэмб, когда Темпл спустился с фургона. – Черт побери! Отлично сказано.
– Если честно, я повторял чужие слова.
– Но ты произнес их так, будто веришь, – вмешалась Шай.
– Несколько дней, проведенных со стадом, и я готов поверить во что угодно.
Паства разбредалась по ежеутренним делам. Несколько человек поблагодарили Темпла перед уходом.
Остался Маджуд с поджатыми губами.
– Убедился? – спросила Шай.
Торговец полез за кошельком, что само по себе выглядело как чудо, и вытащил что-то похожее на монету в две марки.
– Ты должен продолжать проповеди, – сказал он Темплу. – Здесь они востребованы больше, чем законы.
Он щелчком ногтя подбросил сверкающую в солнечных лучах монету в воздух.
Темпл, улыбаясь, потянулся, но Шай успела раньше.
– Сто двенадцать, – сказала она.
– Ты должен мне…
– Сто две марки, – сказал Темпл, переворачиваясь.
Он уже бодрствовал. Последнее время он научился просыпаться с рассветом, готовый открыть глаза в любой миг.
– Верно. Вставай. Тебя хотят.
– Да, я всегда производил впечатление на женщин. Это – кара…
– Несомненно. Для них.
Темпл вздохнул и начал сворачивать одеяло. Тело слегка побаливало, но это мелочи. От работы он стал жестким. Места, которые долго были мягкими, затвердели. Пришлось утянуть ремень на несколько дырочек. Ну, не то чтобы дырочек, но он дважды передвинул гнутый гвоздь, служивший застежкой на той старой подпруге, которую ему выдали вместо ремня.
– Только не говори мне, что я опять гоню коров.
– Нет. Как только ты порадуешь Братство утренней молитвой, возьмешь у Лэмба коня. Сегодня ты едешь на охоту со мной и Свитом.
– Ты каждое утро намерена глумиться надо мной? – спросил он, натягивая сапоги. – Почему ты стала такой?
Она стояла, уперев кулаки в бока, и смотрела на него.
– Свит нашел небольшой лесок во-он там и думает, там найдется дичь. Но если тебе больше нравится со стадом, то оно в твоем распоряжении. Думала, ты способен оценить смену занятий, но ты выбрал, что выбрал… – Она развернулась, намереваясь уйти.
– Погоди! Ты серьезно? – Темпл попытался бежать за ней и натягивать второй сапог одновременно.
– Разве я могу играть твоими чувствами?
– Я еду на охоту?
Суфин сотню раз приглашал его поохотиться вместе, но всякий раз Темпл отвечал, что не представляет более скучного занятия. Но после нескольких недель в тучах пыли он был готов мчаться на зов через всю равнину, хохоча, даже если бы ему предложили поучаствовать дичью.
– Успокойся. Мы не совсем сбрендили, чтобы давать тебе лук. Я и Свит будем стрелять. Кричащая Скала вспугивает добычу. Ты с Лифом свежуешь туши и грузишь на повозку. Хорошо было бы захватить немного дров для костра, не воняющего дерьмом.
– Свежевание, разделка туш и костер без запаха дерьма! Слушаюсь, моя королева!
Темпл вспомнил те несколько месяцев, которые провел в Дагоске, помогая мяснику. Вонь, мухи, изматывающий труд и ужасный шум. Похоже на Ад. Поэтому он рухнул на колени, схватил Шай за руку и поцеловал ее в знак благодарности.
