— Хорошо, — улыбнулся я. — После обеда наводим на себе лоск, созваниваемся с девушками, Радик приводит в порядок свои патлы и едем в Москву. Потому что завтра нам уже будет не кино.
Николай Петрович Старостин в жилом корпусе в Тарасовке имел свою персональную комнату на втором этаже, где иногда отдыхал, перед тем, как команда должна была ночью ехать в аэропорт или на вокзал. И в этой комнате «Дед» ранее побеседовал по отдельности с футболистами почти всей команды. Меня же Николай Петрович оставил на закуску.
— Вызывали? — Брякнул я, появившись на пороге комнаты нашего начальника.
— Чай будешь? — Зачем-то предложил Старостин, хотя отлично знал, что я предпочитаю кофе.
— Николай Петрович, давайте без предисловий. — Сказал я, присев на стул. — Сегодня выходной, девушки жаждут свиданий.
— Хех, девушки, — усмехнулся он. — Ладно, тогда без предисловий. Поставил ты меня, Никон, в пренеприятное положение. Я ведь по большому счёту не тренер. Как сейчас будем играть дальше без Бескова?
— Нормально, — пожал я плечами. — Тренировочный процесс Константин Иванович выстроил идеальный. За что ему низкий поклон. Кстати, как он себя чувствует?
— Ай, — махнул рукой Старостин. — Театр одного актёра. Здоров как бык твой Константин Иванович. Официально ушёл на больничный.
— Вот и великолепно. — Выдохнул я, так как чувствовал вину за собой. — Теперь тренировками будет руководить второй тренер Новиков, а помогать ему будет ваш новый ассистент Гера Ярцев. Теоретические занятия возьмёт на себя, ещё один ваш новый ассистент…
— Кто ещё? — Скуксился «Дед».
— Я возьму. Я пока детишек тренировал, этой теоретической литературы разных заграничных изданий килограммов двести перелопатил. — Проговорился я, но Старостин на это внимания не обратил. — А ваше дело, как нового старшего тренера — это отмечать, кто как на тренировках работает, правильно расставить парней на поле и во время игры делать либо плановые, либо внеплановые замены. В принципе так работает огромное большинство иностранных специалистов.
— Кем думаешь, мы можем усилить команду? — С каким-то облегчением посмотрел на меня Николай Петрович. — К Заварову в Ворошиловград я уже отправил человечка. Кто ещё?
— Если хотим выиграть еврокубок, то нужен ещё один защитник на позицию Вити Самохина, который пока до европейского уровня не дотягивает. — Сказал я, тут же вспомнив, что в «Спартаке» должен был скоро появиться такой полузащитник, как Эдгар Гесс, однако Саша Завров — это будущая мировая звезда и он уже сейчас будет полезнее.
— Защитник? — Задумался Старостин.
— Во-первых, из Чернигова нужно срочно перевезти в «Спартак» Олега Кузнецова, Владимировича кажется. Ему сейчас 16 лет. Кстати, Гена Морозов у нас подрастает, отличный крайний игрок обороны в будущем получится. Во-вторых, Саша Бубнов давно хочет перейти в «Спартак».
— Да? — Разволновался «Дед», всё же Бубнов в данный момент являлся ведущим центральным защитником сборной СССР.
— Только его из «Динамо», раньше смерти Бре… — запнулся я на полуслове, чуть не произнеся фамилию генерального секретаря. — Не отпустят его, в общем. Слишком Бубнов нравится товарищу Чурбанову. Давайте из «Торпедо» перетащим Сергея Пригоду. Физически мощный бесстрашный парень, есть опыт игры за сборную.
— Прогида, значит. — Пробормотал Старостин. — Хорошо, я им займусь. А ты завтра перед тренировкой в манеже проведёшь с командой первое теоретическое занятие. Ох, и влип я с тобой, Никон.
На следующий день в понедельник 30-го апреля во дворце спорта «Сокольники», я волновался словно перед пробитием решающе пенальти в финале Кубка Кубков. Даже воспоминания о вчерашнем вечер, когда после кино мы бродили с Жанной, держась за ручку, по московским дворикам и целовались у неё в подъезде, не могли меня успокоить. Потому что одно дело, когда ты футболист и для игроков свой в доску парень, и совсем другое, когда ты тренер и футболисты вынуждены тебе подчиняться.
Кстати, чтоб подготовиться к первому теоретическому занятию, на котором я должен был выложить план на игру против киевского «Динамо», пришлось проштудировать целую подшивку «Советского спорта», прежде чем разобрался — по какой схеме действуют подопечные Валерия Лобановского. «Каменный век, — бубнил я про себя. — Давно уже пора все матчи будущего противника снимать на видео. Сегодня же скажу „Деду“, чтоб пошевелил кого надо, чтоб в команде появился свой видеооператор. Кстати и наши матчи тоже нужно снимать на камеру. Ведь по нарезке самых опасных моментов за игру и у наших, у и чужих ворот, можно спокойно выставить всем футболистам адекватные оценки. А это ТТД — вчерашний день и каменный век».
— Поговорим? — Внезапно в раздевалку, где было установлено магнитное футбольное поле с фишками, раньше всех забежал Георгий Ярцев. — Это ты посоветовал «Деду» сделать меня его ассистентом? Хочешь меня раньше времени отправить на пенсию?
— Спокойно, Георгий Саныч. Тебе сейчас 31 год. В этом возрасте нападающие, у которых главное достоинство — отличная скорость и стартовый рывок, из-за причуд матушки природы теряют свои главные козыри.
