— Ну-ну, не все так мрачно. Мы обсудим это вместе с Дядей Борухом и Сашкой Володиным, когда они приедут. Кстати, со мной вместе прилетели несколько банкиров. Есть очень интересные предложения.
— Надеюсь, таких проблем, как с «Чара-банком» не будет? Ты ещё помнишь, сколько они нам должны?
— Нет, проблем не будет. Что касается банка «Чара», то с ними Япончик разберётся.
— Ладно. Обсудим. Я слышал, у вас проблемы в Америке? Это, правда, не моё дело, мне и здесь проблем хватает, но все-таки… Что там произошло?
— Да ничего особенного. Агрон влез в «бензиновый» бизнес вместе с итальяшками, но, похоже, зарвался. Его грохнули. Надо ехать на место, разбираться.
Впереди показался, сверкающий рекламными огнями, Эйлат, на который падали тени Красного моря. Машины подъехали к гостинице, остановились, растянувшись вереницей на несколько десятков метров. Первыми из автомобилей вылезли охранники, внимательно и насторожённо оглядели улицу… Следом за ними показались мордастые и вальяжные «акулы» российского бизнеса, упакованные в заграничные костюмы воры в законе, и длинноногие красавицы в мехах и в золоте. Натан хмыкнул. Женщина в норковой шубе в Израиле смотрелась так же, как голый бомж на Аляске. Только русские бабы способны привезти с собой в африканскую жару эти «звериные шкуры». Сека заметил скептический взгляд Натана, и слегка толкнул его в бок.
— Не смейся, они этого не любят. Русские — они везде русские, хоть в Америке, хоть в Гондурасе.
— А это кто? — Натан кивком головы показал на роскошную женщину, стоявшую рядом с престарелым банкиром Полуниным.
— Катька Романова, владелица самого шикарного дома моды. Но ты её не трогай, — предостерёг Сека. — Это полунинская телка. А от него многое зависит. Он владеет самым крепким банком на сегодняшний день в России, «Инвестстройбанк». Это он купил ей модельный бизнес. Она для Полунина, как визитная карточка. Он её многим в постель подкладывает, у Катьки талант вытягивать из мужиков бабки. С её помощью он решает самые трудные вопросы.
— Значит, шлюха?
— С какой стороны посмотреть. Для кого шлюха, для кого бизнес. Ты вообще на неё не заглядывайся. Дамочка с претензиями.
Натан ещё раз посмотрел на Романову. Хороша, ничего не скажешь. Она, наверное, почувствовала его взгляд, закрутила головой, натолкнулась глазами на Натана, осмотрела его с ног до головы, и только после этого приветственно кивнула, растянув губы в лёгкой улыбке. Натан тоже улыбнулся в ответ. Вслед за всеми он вошёл в холл гостиницы.
— Господа, — громко сказал Натан, — располагайтесь, чувствуйте себя, как дома. Через час всех приглашаю на ужин в ресторан.
Он поискал глазами Романову, но та, повернувшись к Полунину, что-то говорила ему на ухо, согнувшись над невысоким толстеньким банкиром. Тот расхохотался и, махнув рукой телохранителям, начал подниматься по лестнице.
Романова бросила на Натана хитрый взгляд, и пошла за Полуниным. «Вот стервочка», — он восхищённо проводил её глазами.
На следующий день прилетели высокие гости из Москвы, во главе с представителем кремлёвской администрации Александром Володиным. Дядя Борух в толпе представительных и высокомерных гостей, выглядел маленьким и невзрачным. Но по тому, как к нему обращались новоприбывшие, даже израильские таможенники почувствовали к Дяде Боруху невольное уважение. Вместе с Натаном гостей встречали и депутаты Кнессета от различных партий. Это был, как говорится, неофициальный визит, поэтому представителей израильской верхушки в аэропорту не наблюдалось. Зато от журналистов и телевизионщиков было не протолкнуться.
В «Бен-Гурион» приехали и «питерские» почти в полном составе, кроме тех, кто после вчерашнего ужина и ночных развлечений были уже не в силах двигаться. Глава «Инвестстройбанка» был с Катей Романовой. Похоже, он не отпускал её от себя ни на минуту. Натан искал глазами её взгляд, но Катя совершенно не обращала на него внимания. Она о чем-то переговаривалась с Полуниным, смеялась, махала рукой знакомым, стоящим по ту сторону стойки… Натана царапнуло, когда он увидел, как Романова бросилась на шею Володину, и троекратно его расцеловала, оставляя на щеках следы от губной помады. Сашка-Рубль был на голову ниже её, но туфли на высоких каблуках делали его не таким маленьким. Он покрутил головой, кого-то высматривая в толпе, увидел Секу, который возвышался над всеми, благодаря своему росту, помахал ему рукой. Лицо его при этом не изменилось, оставалось таким же строгим, как на газетных фотографиях. Он всеми силами старался показать свою значимость. Володин подошёл к Натану, протянул руку.
— Здравствуйте, Анатолий Михайлович! Давно не виделись.
— О, Сашка-Рубль! — делая вид, что только что заметил его, заулыбался Натан.
— Ах, оставим эти детские прозвища, — чуть картавя, ответил Володин. Но глаза его сузились от злости.
— Ты хоть и большая шишка теперь, — тихо сказал Натан, — но для меня ты все равно Рубль. Рублём и останешься, — и громко добавил, — Мы очень рады видеть вас!
