– Больно надо! – возразила я и, все-таки взяв его руку, прощупала пульс. Женя недовольно смотрел на меня. – У меня в час самолет, и пора собираться, – и, отпустив его руку, ушла в душ.
Уже в дверях, мне позвонила Надежда Самсоновна, обеспокоенно сообщив, что Тёмка подрался с кем-то в садике. Я невольно ухмыльнулась и взглянула на Женю: он молча стоял в прихожей, оперевшись о стену, со скрещенными руками.
– Хорошо, я вечером зайду в садик, – и сбросила звонок, закинула телефон в сумку и, подойдя к Жене, поцеловала его на прощание.
– С тобой поехать? – отозвался он, наконец.
– Дорогу знаю, не маленькая. Отдыхай… – и направилась к двери.
Уже в такси, Женя прислал сообщение: «Не обижайся. После концерта в Питере приеду, и мы поговорим».
20.04.2011 г. Но приехав через неделю, разговаривать он не торопился. Вид у него был такой же понурый и хмурый. Все разрешилось само собой. Сегодня вечером я купала вместе Артема и Егора в ванне. Женя заглянул к нам, чтобы забрать Егора, и, унося его, напоследок пошутил: «И меня потом тоже!» И я почему-то ухватилась за эту фразу.
Уложив детей спать, я набрала в ванну воды и пошла за Женей: он был в кабинете. На мое предложение покупаться он ничего не ответил, просто молча последовал за мной, но мимолетную ухмылку мне все-таки удалось уловить на его лице. Пока Женя раздевался, я присела на край ванны и опустила ноги в воду, которая была такой теплой, что я была и сама не прочь понежиться в ней. Женя залез следом за мной и положил голову мне на живот. Я стала теребить его волосы. «Да-а!.. Раньше бы он меня обрызгал с ног до головы. И это были бы цветочки! В конечном счете, я бы оказалась вместе с ним в ванне. А тут! Похоже, дела совсем плохи. Сколько я его знаю, дурачиться он никогда не переставал, чтобы не происходило».
– Ты не обижаешься на меня? – резко раздался голос Жени.
– Почему я должна обижаться? Просто я беспокоюсь, потому что не понимаю, что с тобой происходит в последнее время. Вот и все.
– Сам не знаю. Полная отрешенность и безучастность, словно оказался в другом параллельном измерении и наблюдаю за происходящим со стороны.
– Земную жизнь, пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу.
Женя ухмыльнулся:
– Данте.
– Ага, – подтвердила я, а Женя вздохнул:
