Водительское удостоверение, именуемое в просторечии «Права», у меня имелось, а вот практического опыта вождения почти не было, потому что своей машины у меня нет и до сих пор как-то не предвиделось. Вел я поэтому не спеша, послушно останавливался на светофорах, не вылезал за разметку и внимательно отслеживал дорожные знаки — в общем, изображал из себя последнего «чайника», каковым по сути и являлся. Днем меня за такую езду уже сотню раз обложили бы разными обидными словами из всех окрестных автомобилей, но сейчас стояла глубокая ночь и трасса была стерильно пуста, как голова юной пэтэушницы — лишь изредка с шелестом проносился мимо какой-нибудь лихач на сверкающей лаком «японке», да дискотечно мигали красно-синим цветастые «канарейки» стоявших на перекрестках гаишников.
Миша сидел, откинув голову на спинку кресла. Глаза его были закрыты: то ли дремал, то ли о чем-то задумался. Я его не беспокоил, ему сегодня и так здорово досталось, пусть отдохнет, сил наберется. Они, эти силы, нам еще, судя по всему, ох как понадобятся…
Мы медленно катили по спящему городу и я размышлял о том, как странно все-таки устроена жизнь и какие незначительные на первый взгляд события способны круто изменить ее плавное течение. Вот не найди я этих пожелтевших от времени бумажек или не обрати внимания на некоторые несоответствия в датах и географических координатах — и ничего бы не было. Ни решения отправиться на поиски колчаковского золота, ни нашей концессии, ни ужасной смерти Игоря, ни драки «на ощупь» в темной квартире, ни еще одного — непонятно чьего — трупа… И ведь это я его убил, Господи, я! Вот взял железку — и бац по голове… Страшно, но просто. И очень эффективно.
Но почему же не терзает меня комплекс Раскольникова?…
Всю свою сознательную жизнь я много и с удовольствием читал, причем часто — безо всякой системы, просто все подряд, перемежая классику мифами, фантастикой, историческими романами, детективами и прочей беллетристикой. Помню, в детстве мама даже прятала от меня книги и силком выгоняла во двор, погулять. Я выходил, доставал из-за спины заткнутый за брючный ремень припрятанный томик и продолжал читать на улице… И все произведения, касавшиеся деяний необычайных, как то: поиска кладов, погонь, слежек, рукопашных баталий и тому подобного приучили меня к тому, что в оных деяниях в обязательном порядке участвуют люди яркие, смелые и прекрасно к оным деяниям подготовленные (я, понятно, не беру в расчет войну и прочие форс-мажорные обстоятельства). Например: тайные агенты, капитаны пиратских бригантин, мушкетеры Его Величества, разномастные неуловимые мстители — от белозубого Зорро до чумазых «красных дьяволят» — и разные прочие д`Артаньяны. А с наступлением эры штатовских боевиков этот список пополнили спецназовцы всех мастей, черепашки-ниндзя, простые ниндзя, крутые Уокеры и всякие иные Бонды (Джеймсы Бонды!). Вся эта братия прекрасно умела стрелять, взрывать, драться, кусаться, ловить, травить, мочить и многое другое. Эти ребята запросто отправляли на тот свет целые полки и корпуса противника голыми руками и простым чихом, да к тому же не испытывали при этом никаких финансовых затруднений…
