В августе 1918 года, когда Троцкий находился на фронте под Свияжском, Ленин запросил его мнение насчет предложения, «внесенного одним из видных членов партии, заменить всех офицеров генерального штаба коммунистами». Двадцать третьего августа 1918 года Троцкий дал в ответ телеграмму, завершавшуюся следующей фразой:
Однако сомнения все-таки не покидали Ильича. В марте 1919 года на вечернем заседании Совета народных комиссаров в связи с сообщением об очередном предательстве кого-то из «бывших», служивших в Красной армии, Ленин направил Троцкому «записочку» с вопросом: не прогнать ли всех военспецов? На обороте записки Троцкий написал: «Детские игрушки». По воспоминаниям Троцкого, «сердитые слова произвели, видимо, впечатление. Ленин ценил категорические формулы».
Однако на следующий день, заручившись справкой штаба, Троцкий пошел к Ленину и
Через несколько дней, 13 марта 1918 года, выступая на митинге в Петрограде, Ленин подвел итог собственным сомнениям в вопросе о военной политике:
Характерно, что Ленин называет «своих генералов» врагами. Ну а кирпичи, когда в них прошла нужда, просто «разбили». Мироощущение Ленина мало чем отличалось от взглядов «оппозиционеров», но тактически он был, конечно, на голову выше их. Съезд принял «ленинскую» резолюцию, то есть военных специалистов продолжили широко (насколько это возможно) привлекать в Красную армию и доверять им командные посты, однако под жестким политическим контролем. Заботилось об этом специальное Бюро военных комиссаров.
Чем более многочисленной становилась Красная армия, тем больше нужно было военных специалистов, офицеров. А росла Красная армия очень быстро. На 15 апреля 1919 года в армии числились 1 450 000 человек, хотя боевой состав не превышал 450 000. К концу 1919 года Красная армия составила 3 миллиона человек. А к концу 1920 года – уже 5,5 миллиона. Это была колоссальная машина, требовавшая профессионального управления. Сколько бывших офицеров в конечном счете удалось привлечь в ряды Красной армии? Военные историки оценивают это число приблизительно в 70–75 тысяч человек, так что рекрутинговую кампанию большевиков можно в целом оценить как весьма успешную. В конце 1917 – начале 1918 года в русской армии насчитывалось около 250 тысяч офицеров (кадровых и военного времени) и генералов. Около 100 тысяч оказались в итоге в различных армиях белых. Остальным удалось избежать участия в братоубийственной войне.
