«…Ромбов шёл, смотря на надписи, и странное ощущение… Ему казалось, что покойники из могил спрашивают его: что ты сделал для победы коммунизма после нашей смерти? Что ты сделал для снижения преступности? Мало ли за тобой осталось неоплаченных жизненных долгов? И Ромбов чувствовал, что ответить ему нечего. Коммунизм, который должен был быть построен уже к 1970 году, не построен до сих пор, преступность не падает, процветают бюрократия, махинации, пьянство — и в этом есть и его, Ромбова, доля вины. Или нет? Но что они, правоохранительные органы, делают не так?
И… Вдруг поток мыслей Ромбова резко прервался. На простом деревянном кресте он увидел заржавевшую металлическую табличку с датами «28 мая 1958 — ноябрь 1977».
«Ясное дело, не родители хоронили, — подумал Ромбов. — Они бы и из похорон сына сделали демонстрацию своего достатка. Хоронили однокурсники. И фамилию не написали, чтобы никто не узнал.»
Похоронная мастерская была рядом. Когда Ромбов проходил мимо неё в прошлый раз, здесь не было никого, а теперь перед дверью стоял человек в ватнике и сваривал из кусков железнодорожных рельсов кресты…»
(В ватнике — и… сваривал?!)
«…— Где ваше начальство? — спросил Ромбов.
— Нет его… — ответил гробовщик. — Начальство часто опаздывает.
— А сколько вас тут?
— Трое. А что?
— Так вот… Я — следователь… Прибыл сюда с заданием вскрыть гроб, в котором похоронен неизвестный 28 мая 1958 года рождения, умер в ноябре 1977 года. В краевом отделе внутренних дел… уже знают…»
(Но это хоть… «по форме»? По процедуре?)
«…— А чем вы докажете? — спросил неизвестно откуда появившийся второй гробовщик. — Вчера в газете писали, как один одевал милицейскую форму и ходил воровать…
Ромбов вынул из кармана разрешение на вскрытие гроба, с подписью и печатью, и показал обоим гробовщикам…
— А от начальства нагоняя не будет?
— Если начальству будет нагоняй за опоздание, оно само виновато. Берите третьего и пошли…
Взяв с собой третьего, который всё время подозрительно пошатывался и закрывал левый глаз, и захвати лопаты, гробовщики пошли к могиле Валерия Греха. За ними шёл Ромбов…
…Третий гробовщик на поверку оказался пьяным, и пришлось копать двоим. Земля была мёрзлой, дело подвигалось медленно… Но вот, наконец, из-под земли показалась полусгнившая крышка гроба.
— Только верхнюю доску снять или весь гроб выкапывать? — спросил один из гробовщиков, которому явно не хотелось заниматься неоплачиваемой работой.
— Только верхнюю доску, лишь бы побыстрее, — ответил Ромбов.
