Первое убийство как бы воодушевило отчаявшегося человека. Он стал убивать всё больше и больше людей, независимо от пола, возраста, и общественного положения. Однажды его даже поймали и повели на суд. Он ясно отвечал на все вопросы. И вот, когда судья должен был вынести приговор, этот человек внезапно встал, схватил его за горло и с силой швырнул на пол, прокурору наступил ногой на морду, вырвал решётку из окна, бросил гранату в скамью подсудимых и выпрыгнул с высоты… Граната была, оказывается, нитроглицериновая и всех там поубивало… Однажды этот человек увидел пивную цистерну, взял ящичек с динамитом, поджёг и бросил туда. От взрыва цистерна перевернулась и все поразлетались в разные стороны… Его пытаются поймать, но он всегда носит с собой разного оружия столько, что все боятся к нему даже подойти, а если кто и подходит, то потом об этом жалеет. Последнее время в газетах появляется много заметок и статей об этом странном, с точки зрения нечестных людей, человеке. Я кончил, — сказал Крохотов.
Меня глубоко поразила эта история… Однако, стараясь ничем не выдать своих чувств, я спокойно спросил:
— Кем вы присутствовали на этом процессе?
— Свидетелем-защитником, — сказал Крохотов и вдруг спохватился — Да, вспомнил, мне надо идти на собрание шоферов-троллейбусников, а вы будьте поосторожней. Знайте, что в это время никто из честных людей к вам не придёт. Если кто-нибудь постучится, готовьте поганую метлу, чтобы выгонять…» (Гравитатор, что ли?..)
«…20 декабря меня вызвали в отделение милиции…»
(И — что?
Разрыв рассказа, чувство какого-то безумия…)
«…Я очнулся ночью на тротуаре. На улице никого не было. Передо мной лежал труп какого-то дружинника с пробитой куском штукатурки головой. Я полез в кобуру, отцепил пистолет от ремешка и огляделся по сторонам. Из-за угла вышел Родель-15, и мы пошли домой.
— Ну, что? — спросил он, — о чём тебя там допрашивали?
— О беззубе, конечно. Ну, дружинник, как всегда, попался нечестный, и даже слушать меня не захотел. Интересно, долго ли я вот так лежал на снегу?
— Не знаю.
— Я тоже не обращал внимания на часы. Но не это сейчас главное. Мы не знаем, где находится беззуба. Если мы в ближайшее время не узнаем этого, количество преступлений скопится, а проклятые дружинники засчитают это, как преступления, совершённые нами. Честность и справедливость потеряли для них значение. Да, всё сейчас меряется на деньги…»
(Но — как удалось вырваться? Тот освободил его снаружи, применив гравитатор?)
