Внезапно отвлёкся он от нашего, безусловно, увлекательнейшего диалога.
— Зачем это? Мы уже почти дома.
«А я говорю, глянь.»
Стоило мне поднять голову, как в районе глаз тут же проступил симбионт. Такая у него фишка: он улучшает все мои показатели. Сейчас, например, он таким образом прокачал мне зрение, чтобы я разглядел сидящий на крыше женский силуэт в обтягивающем костюме. Конечно, разглядеть всё в мельчайших подробностях даже Красный не может, но простые обыватели лишены и этого.
— Сходим?
«Ты носитель — ты и командуй.»
Мысленно пожал плечами этот кадр, когда я заходил внутрь здания.
— А, то есть, теперь я носитель, а когда я говорю, что нельзя есть людей, так тут ты начинаешь препираться!
Конечно, возмущаюсь я наигранно. Просто хорошее настроение, вот и дурачимся. Крыть ему было нечем.
— Ну, раз я носитель, тогда пошли, посмотрим, кто это там сидит-грустит.
«По стене?»
Тут же оживился красный.
— Ага, щас, перед кем я тут про конспирацию распинался? Своим ходом, ножками и на лифте. По пути в квартиру заскочим, кофе сделаем.
Сказал я, нажимая в кабинке на кнопку, обозначающую нужный мне этаж.
«Зачем?»
— Я. Хочу. Кофе.
«Ладно-ладно, хозяин — барин.»
Стоило только открыться двери в квартиру, как сумка с вещами тут же отправилась в угол, а я быстрым шагом направился на кухню, где приступил к священнодействию. Даже обувь не снял.
Через пять минут я уже стоял на крыше, держа в руках две кружки с горячим кофе. В глаза сразу бросилась лежащая на крыше маска Паучихи. Рядом с бортиком стоял рюкзак и пара упаковок пива, одна из которых опустела наполовину. Сама же супергероиня сидела на бортике, свесив ноги вниз и устало ссутулившись, распрямляясь только чтобы сделать очередной глоток из банки. Банка далеко не первая, но, видимо, уже пить некуда, потому что заканчиваться в этой таре пиво не спешит.
— Восемнадцать-то есть?
Спросил я, тихо подойдя к ней со спины.
— Вам-то какое дело?
Буркнула девушка, не оборачиваясь, после чего всё-таки сделала глоток.
Лица я её не видел, но по голосу стало понятно, что девушка вот-вот расплачется. Поставив кружки на бортик, я скинул свою лёгкую куртку и накинул девушке на плечи. Реакции не последовало.
— Может, всё-таки лучше кофе? Зачем в мороз губить горло ледяным пивом?
Вот на этот раз она уже повернулась ко мне:
— Я повторюсь: вам-то какое дело?
Хоть и говорила она довольно нагло, но в её голубых глазах была такая тоска, что мне со страшной силой захотелось её обнять и утешить. Вместо этого, хитро прищурившись, я нацепил злорадную ухмылку:
— А это моя маленькая мстя. Вы же с тем хвостатым не стеснялись мне мешать. До него я добраться не могу, а вот вам, дорогая соседка, нервы попорчу.
«Не умеешь ты, Ваня, нужные слова подбирать.»
Будто бы я сам этого не знаю. От комментатора в голове я предпочёл мысленно отмахнуться — не до него сейчас.
— А если серьёзно, что случилось-то?
Теперь я спрашивал со всем участием, протягивая девушке кружку. Допив пиво, героиня всё-таки взяла кофе и снова вернулась к созерцанию города.
— Это личное. Но за кофе спасибо.
— Тяжёлый день, да?
Попытался я поддержать беседу, отпивая из своей кружки.
— Можно и так сказать.
Девушка последовала моему примеру. Про мороз я, конечно, преувеличил, но тем не менее, ветер на крыше гулял довольно прохладный. Ладно я с Красным — он греет, но ей-то в своём трико не холодно?
Пока она не обращала на меня внимания, я же нагло рассматривал её лицо.
— Что-то не так?
Наконец, соизволила она повернуться. Здоровенный кривой шрам пересекал её лицо по диагонали, начинаясь у правого виска, пересекая нос, затрагивая уголок губ и заканчиваясь на нижней челюсти.
— Это нормально, что ты нарушаешь своё инкогнито?
Вопросом на вопрос ответил я, кивком указывая на маску, которую Красный тактично подхватил и положил на бортик, пока Паучиха не видела. Параллельно перевёл разговор на "ты", чтобы не "выкать". В конце концов она пробежалась по моему окну.
— А какой в ней смысл? Сколько ни пытайся изменить этот мир к лучшему, он всё равно найдёт способ как тебе подгадить. Даже если всё, что я делаю — сущая мелочь на общем фоне.
— Значит, опустишь руки?
Девушка пожала плечами, опустив взгляд в кружку, которую теперь держала двумя руками.
— Наверное, да.
— А из-за чего ты вообще начинала геройствовать?
Решил я попытаться нащупать корни проблемы.
— Просто подумала, что могу повлиять на мир и сделать его хоть немного лучше. Хоть кому-то помочь, хотя бы в этом городе. Раз уж мне дали большую силу, регенерацию… У меня перед глазами есть образ — те самые «Мстители». Так чем я хуже? Наивная была, думала, буду ловить преступников, помогать людям, ходить в школу, подрабатывать в лаборатории, чтобы… А, не важно. Работа всё равно никуда не денется.
— А сейчас что изменилось? Уже не можешь изменить мир?
Со вздохом Паучиха ответила:
— Никто не может его изменить. Я попыталась, и вот, сейчас сижу, пью кофе в компании совершенно незнакомого мне человека. После всего случившегося я уже не смогу быть дружелюбной соседкой.
