А еще суда у стенки – весь причал заняли, сплошь стоят. Числом не меньше трех десятков – выделяется «Сибоней», бывший авианосец-эскортник, сейчас доставил вертолеты. Через два причала от него стоит под разгрузкой танкер «Галвестон ойл». Остальные – обычные транспорта, большей частью стандартные «Либерти» и «Виктори», привет с недавней Великой войны. Разгружаются – и то, что они привезли, завтра будет сброшено на головы этих упрямых вьетнамских комми. Простите, желтомордики, но это война Добра и Зла – где об апологетах последнего сожалеть не приходится, ну а кто случайно окажется не в том месте и не в то время, ай эм сорри, так карта легла и судьба, никто не виноват.
Ну вот, куча лодок спешит вниз по реке – дозволено! А то у вьетконговцев была паршивая практика, ночью бросать на фарватере мины. Так что теперь плыть мимо порта в темное время запрещено – в нарушителей стреляют без предупреждения. Ну а сейчас мы вроде полисмена, несущего постовую службу, чтобы все проходящие соблюдали закон и порядок. Хотя не сумасшедшие же эти вьетконговцы, чтобы затевать что-то при свете дня!
И вдруг – взрыв в ряду транспортов! Затем еще один, и еще. Что происходит, черт побери?
У русских еще в ту войну были «люди-лягушки», как у макаронников, сообразил Аллен, впрочем, и итальяшки теперь в красном лагере. А вьетконговцы учились у советских. Вот что они придумали – нырнуть с проплывающих мимо лодок и поставить мины. Именно с лодок – если бы с противоположного берега, то им безопаснее было бы ночью, а не сейчас. И судя по силе взрывов, заряды были как у настоящих торпед – чтобы тянуть такое под водой, пловцам каждая сотня ярдов критична. Но тогда диверсанты должны быть еще под водой, им никак не успеть вернуться. Что ж, коммунистические макаки, предотвратить ваше злодеяние мы не смогли, но отомстить сумеем!
Хорошо, что «Олсен» был дизельным миноносцем, тип «Кэнон» – будь на его месте более поздняя модификация «Батлер», паротурбинная, были бы проблемы, потребовалось вывести котлы на ходовой режим, дизеля запускались гораздо быстрее. Сняться с бочки («Олсен» не на якоре стоял, как могло показаться издали – для дозорных кораблей на реке уже были свои постоянные места), и пройти прямо через этот лодочный бедлам, сбрасывая за корму глубинные бомбы. И всплывут диверсанты вместе с дохлой рыбой – а сколько лоханок утонет, ну так вьетконговцам наука, чтоб не смели бить исподтишка!
И тут взорвался «Галвестон». Часть бензина с него была уже выгружена, но это лишь усугубило – поскольку в цистернах теперь наличествовала крайне взрывоопасная смесь воздуха и бензиновых паров. Что было еще хуже, взрыв вызвал пожар на береговом топливохранилище (расположенном недалеко от танкерного причала). И горящее топливо растеклось по воде, еще и с «Сибонея», цистерны которого также были заполнены. У вспомогательных судов ВМС США предусматривалась подача в танки углекислоты – но зафрахтованные гражданские этим часто пренебрегали. Страшно было смотреть на то, что творилось на берегу – но мы никак не можем им помочь. А лишь сделать свою работу – не дать вьетконговцам уйти!
Джонки уже близко. И тут с двух из них бьют пулеметы. Пятидесятого калибра, русские ДШК – с короткой дистанции пробивают импровизированную защиту, и кровь льется по палубе миноносца. Лейтенант пригнулся, жалея, что мостик не окоп – увидев, как рядом падает старшина-сигнальщик с разнесенным черепом. Пули с визгом били по металлу, кто-то кричал, кто-то стонал – но все же неравным был бой для вьетнамцев, с двумя пулеметами против десятка бофорсов и эрликонов, пятидюймовые на таком расстоянии можно было исключить. Вот уже одна джонка тонет, вторая горит – ценой смерти и ранения двух десятков американских моряков, равные потери, если считать по людям. А большинство остальных джонок успели приткнуться к берегу, еще кто-то, успев развернуться, удирает вверх по реке. Догнать – а если не получится, то расстрелять, не иначе как именно там были сообщники диверсантов! И приготовиться к бомбометанию!
И тут транспорт «Джордж Гудвин», который стоял неподалеку от злополучного «Галвестона», исчезает в яркой вспышке огромного взрыва.
