Элла ужом выскользнула из беседки, пусть эти двое сами налаживают контакт, не маленькие.
Через полчаса они уже возвращались к будке охранника – пока Инне не разрешалось долгое общение. Элла на ходу просматривала листок с рекомендациями на тот период, когда сестра уже будет дома, и смаковала про себя мысль: «Инна скоро вернется домой».
– Инна Леонидовна! – прозвучало в спину.
Антон среагировал первым, крутанулся на пятках и на всякий случай задвинул девушку себе за спину. Их догонял мужчина средних лет, крепкий, с короткой стрижкой и крупными уютными чертами добродушного лица, сейчас довольно мрачного.
– Все в порядке, это наш директор, – скороговоркой сообщила девушка.
– Вот это ваш Гайдай? – удивился Кинебомба.
Он директора гимназии представлял едва ли не стариком.
– Ну да.
– И ты ему не сказала?
– Как я скажу? – уголком рта произнесла сердито Элла, поскольку Ивсид был на подходе. – Простите, я у вас работаю по документам сестры, вот такой каприз. И ничего страшного, Инке стаж пригодится. Потом она меня сменит, никто и не заметит ничего.
Директор уже стоял рядом, смотрел взволнованно:
– Инна Леонидовна, снова проблемы с руками?
– Нет, с ними все в порядке, – Элла помахала перед носом Ивсида давно зажившими, без намека на ожоги кистями. – Просто у меня сестра тут лечится, навещала ее.
Гайдай понимающе кивнул, перевел взгляд на Антона. Котенок в темпе его представила, потом спросила:
– Иван Сидорович, вы тут из-за Даши Зиминой?
– Из-за Даши? – еще больше нахмурился директор. – Боюсь, не совсем вас понимаю.
– Разве вы еще не знаете?..
– Знаю, Инна Леонидовна. Я разговаривал с ее родителями. У девочки были проблемы с сердцем, которые никак себя не проявляли до времени. А когда спохватились, увы, было поздно. Я очень жалею, что не успел вмешаться.
– И что вы, например, могли бы сделать? – грубовато спросил Антон.
– Ну, попытался бы определить девочку сюда, в больницу при научном учреждении. Институт в авангарде медицинской науки, и у Даши был бы шанс.
– Она тут и умерла, – тихо сказала Элла.
– Вот как? – изумился директор. – Не знал. Очень странно. Да, вы правы, мне стоит переговорить об этом с ее врачом.
– Я и подумала, что вы для этого пришли.
– Нет, я пришел навестить своего друга, – рассеянно произнес Ивсид, мысли его явно теперь витали далеко.
Браслеты на руках Антона и Эллы синхронно пискнули, напоминая, что их время на территории истекло.
Уже в машине Эллы призналась:
– Знаешь, я почему-то до конца ждала, что Прайд как-то проявит себя. Подойдет сам, или нас отведут в какой-то кабинет. Он ведь в курсе, что мы все – одна компания. Выдвинет нам какой-то ультиматум или припугнет.
– Размечталась, Элка, – поморщился Кинебомба. – Мы для него слишком мелкие сошки, да вообще ничто. Все, что ему нужно, он возьмет сам, и никто ему не помешает. За ним такие деньги и власть, какие нам и не снились.
– Я понимаю, – поежилась Котенок. – Мы только потому пока живы, что всерьез не тягались с ним. И Пашу нам не защитить.
– А может, и защитим, – с загадочной интонацией уронил Кинебомба.
Но Элла так отвыкла видеть в друге хоть намек на оптимизм, что не отреагировала на его слова.
– Как он хоть выглядит, этот Прайд? – протянула задумчиво. – А то столько о нем слышу, он мне уже по ночам снится в виде какого-то монстра с рогами. Наверное, такие люди в интернете себя не афишируют?
– Да полно там его снимков и видео, – слегка удивился Антон. – Он же партию возглавляет, на саммитах разных отсвечивает. Сейчас покажу. – Он на ходу одной рукой пролистал смартфон, показал Элле: – Вот он, красавец, любуйся!
Элла глянула – и тихо охнула.
– Ты чего?
– Да я же видела его, – изумленно произнесла девушка. – В нашей гимназии, всегда в компании директора Гайдая. Они по зимнему саду прогуливались, довольные такие, смеялись…
– Ну, теперь понятно, кого Гайдай в Институте навещает, – подытожил Антон, – и откуда у вашего директора такие связи, что он Дашу эту бедную хотел сюда определить. Слушай, а может, он вообще в деле и прекрасно знает, что тут творится?
– Не может быть такого, – замотала головой девушка. – Иван Сидорович никогда бы не принял тех гнусностей, которые в Институте происходят.
Хоронить Дашу Зимину на старое городское кладбище пришла вся гимназия. Говорили, таково распоряжение директора Гайдая – проводить бывшую ученицу в последний путь несравнимо важнее, чем пропустить учебный день. Учителя и соученики у могилы говорили только хорошее, и Элла, вцепившись в руку Эдика, понимала: они не врали. У Даши были еще время и возможность стать хорошим человеком, вот только этот шанс у нее отняли.
Пришли Таня, Злата и Маго. Платон остался с Сонечкой, Вику еще не выпускали из дома. К ним с другой стороны аллеи пытался подковылять Паша Майский, но отец и мать прочно взяли его в тиски. Можно было догадаться, что Паша одержал непростую битву, чтобы прийти на похороны своей бывшей подруги. Не было Володи Милича, которому пришлось все же отлучиться по сильно запущенным учебным делам.
