Таня успела уже подхватить Сонечку, прижала к себе, та радостно заверещала. Пятилетняя девочка была тяжеловата, и Таня уселась на жухлую траву с ней вместе.
– Я им соврала! – ответила Злата. – Крикнула, что пожар, и они поверили, представляете?! Хотя сами меня на эту же хитрость поймали!
– И как ты себя чувствуешь? – спросил подошедший Платон.
– В какой-то момент чуть не умерла, – призналась девушка. – Сейчас получше, только горло как песком забито, и дышать трудно. У кого-нибудь есть вода?
– Сейчас принесу, – оторвался от нее Володя. – Если Маго всю по пути не выдул.
К машине он почему-то пошел спиной, не отрывая глаз от девушки. Злата тоже смотрела на него, потому и заметила, что в форде сидит кто-то еще, забившись в самый угол. Она машинально шагнула вперед и слегка наклонилась.
– Кто это с вами?
– Да это… сейчас мы тебе все расскажем.
Голос Володи звучал глухо, он обследовал заднее сиденье в поисках бутылки. Вдруг неизвестный подался вперед, и его странные, металлического оттенка глаза глянули прямо в глаза Златы. Мгновение ничего не происходило, потом Павел обеими руками схватился за горло, лицо налилось кровью, глаза почти вылезли из орбит. Беспорядочно заметавшись, он сумел распахнуть дверь машины и вывалился на обочину. Перекатился пару раз со спины на живот, потом сумел кое-как подняться на ноги, руки его царапали и раздирали грудь.
– Маго, займись им! – ахнула испуганная Таня.
Маго с готовностью запустил руку в карман, но события развивались быстрее. Павел заметался по обочине, движения его были так порывисты и хаотичны, что Володе и Платону никак не удавалось схватить его. Он отмахивался от них, как от мошек, то выскакивал на трассу, то возвращался на обочину. До ребят долетало его полузадушенное бормотание:
– Он простит меня… когда-то мы были почти друзьями… столько лет…
– Прайду хочет покаяться, – растерянно произнесла Таня. – Это нельзя допустить.
Договорить она не успела. Секретарь вдруг рванул через дорогу, яростно маша одной рукой (вторую он не отрывал от горла) старенькому мерсу, который двигался в направлении города. Спешащий в противоположную сторону микроавтобус он не увидел. Удар откинул Павла на обочину, почти под ноги Злате, девушка охнула и отпрыгнула в сторону. Тело его словно подломилось с одного бока, губы моментально окрасились кровью, но еще шевелились, и сквозь жуткое бульканье до ребят долетели слова:
– Знал, что так будет… не верил. Но хоть Вичку пристроил… хорошая девочка… привык к ней.
Больше бывший секретарь Прайда не сказал ничего. Владимир Милич первым пришел в себя, потащил Злату и Таню к машине.
– Уезжаем, быстро! Платон, ты тоже ко мне, уместимся как-нибудь.
В них тут больше не было нужды: сбивший секретаря микрик остановился. Бледный до синевы водитель уже говорил по телефону, подбегали водители и с другой стороны дороги.
Эдуарда все же выписали из Института, хотя в душе он смирился с мыслью, что с ним все кончено. На рассвете круглоголовый профессор вытащил его из кровати, увел к себе в кабинет и после недолгого обследования объявил, что волновавший его сосудик «сделался умником» и Эдик может собирать вещички. За ворота Института он вышел как во сне, ошеломленный и растерянный. Долго стоял и смотрел на забор, гадая, увидит ли еще когда-нибудь своего преображенного друга Васю. А Верену? В порядке ли она? А Вика, а юная красавица с сознанием бабушки Магомета? Удастся ли вытащить их из-за этого глухого забора? Потом тормознул ехавшую в сторону города легковушку и через четверть часа уже звонил в квартиру Эллы.
Открыл ему Кинебомба, высоко поднял жесткие щеточки бровей, проворчал:
– Припозднился ты. Опоздал. Мог бы, кстати, предупредить, что едешь.
– В смысле, опоздал?! – ошалел от такого приема Редкий.
Но тут выбежала в прихожую Элла, взвизгнула и повисла у него на шее. Он тут же забыл о друге, да и Антон проявил деликатность, испарился. Обнаружен был позже на кухне, жадно уплетающим большой горячий бутерброд.
– Так в каком смысле я опоздал? – повторил свой вопрос Эдуард.
Кинебомба лишь промычал что-то с набитым ртом.
– Мы смотрели материалы фильма, который готовит «Комитет», – растолковала Элла. – Туда вошли кадры с детьми в городе, очень жуткие. И наблюдения за Сонечкой. И еще материалы, которые передает их человек из Института. Все это мощно и впечатляюще, но… в общем, мы просчитывали риски, не принесет ли этот фильм больше худого, чем доброго. Прикидывали, можем ли упомянуть о старшем поколении первенцев, живущих среди людей, или этим развяжем охоту на ведьм.
– Эл, извини, я пока мало что соображаю, – признался Редкий. – Где ребята?
– О, они же едут сюда, будут минут через десять! – спохватилась Котенок и заметалась между плитой и холодильником.
– Ждем, что они многое нам расскажут, – буркнул Кинебомба. – Им удалось где-то отыскать и отбить Злату с малышкой.
– Что?!
