Он спустился вниз, и Джиа осталась одна на палубе, любуясь солнцем и свежим бризом, который стал долетать до нее, стоило яхте набрать скорость. Задумавшись о том, что хочет спасти их отношения, Джиа усмехнулась своим мыслям. Отношения?
И все же ей почему-то не хотелось ругаться с ним, по крайней мере, сейчас. Хотелось насладиться свиданием. Она обхватила себя руками, поняв, что джинсовка поверх водолазки в открытом море, не сильно спасает от прохладного ветра, даже пусть и солнце светит ярко. Она не слышала, как Джин подошел к ней и, обняв сзади, накрыл ее плечи теплым пледом, прижимая к своей горячей груди.
— Дракончик, твое тепло действительно, как жерло вулкана — улыбнулась Джиа и доверчиво откинулась на него.
— Все для тебя принцесса.
Голос Джина был тихим, и вскоре она почувствовала, как он целует ее в макушку, водя носом по волосам.
— Ты случайно не фетишист, в плане волос? То, как ты нюхаешь их, вызывает у меня легкое недоумение и страх. Ты уверен, что не хочешь срезать их и положить в банку со спиртом, чтобы любоваться ими, ну или… — Джиа замолчала, пытаясь не рассмеяться в голос.
— Не стану этого делать, потому что совсем скоро ты будешь спать в моей постели. Я буду трогать их, вдыхать аромат, перебирать, играть с ними, — шептал он ей на ухо — Потому что моя жена, чертовски вкусная и такая притягательная, что хочется сожрать — и словно в подтверждении своих слов, он укусил ее за плечо, заставив Джиа вскрикнуть.
— С ума сошел?
— Прости, твой запах сводит меня с ума, хочу сжать тебя в объятиях до хруста костей, а потом зацеловать каждый миллиметр твоей чудесной, нежной кожи, а еще моя фантазия толкает меня дальше, и я частенько вижу, как наматывая твои волосы на кулак, беру тебя сзади… грубо, жадно. Как думаешь это похоже на мысли сумасшедшего?
— Это похоже на мысли садиста! — воскликнула Джиа, но вместо того чтобы отойти от него, она почувствовала, как на руках от его слов поднялись волосы, а соски уперлись в лиф белья и сладко тянули, а еще она облизала губы — Не уверена, что мне понравится твоя грубость Джин — тихо бросила она, не поворачивая головы и почувствовала, как сжались его руки на талии.
— Поверь, я буду грубым, только если ты захочешь!
Его шепот обволакивал и заставлял верить каждому слову, словно он змей-искуситель, который науськивает ее, невинную и несмышлёную, на опрометчивые действия.
— Джин, нет… — прошептала она, когда его рука, обхватила грудь, поверх водолазки и осторожно сжала, срывая с ее губ жалобный стон.
— А мне показалось это «да».
Он развернул ее к себе и впился в губы с таким же стоном, словно не сомневался в своей мазохистской привычке доводить себя до предела и смотреть, насколько еще он может продвинуться с ней в том, что они вытворяли и при этом не уложить в постель.
Он уже побил все рекорды по принятию ледяного душа и жалел, что не может просто нарушить свое обещание. Хотя в этом была и прелесть воздержания, обещая своему хозяину ни с чем несравнимое удовольствие после того, как получит желаемое.
Тяжело задышав, они прислонились друг к другу, и он вжал ее в себя, чтобы она почувствовала, что делает с ним своими словами и поступками, заставив почувствовать твердость его намерений. Усмехнувшись от того, как она дернулась, почуяв его стояк, он поймал ее смущенный взгляд и поцеловал в губы.
— Надеюсь, что ты не садистка, принцесса и не станешь мариновать меня слишком долго.
Она ничего не ответила ему и отвернулась, прижимая к щекам ладошки, совсем не понимая своих чувств и поведения. Упираясь в нее своим членом, он явно дал понять, что ждет, не дождется, когда уложит ее в постель, намекая, что ее там ждет явно не удовольствие, от такого размера.
Поэтому Джиа решила, что как можно дольше будет говорить ему «нет». Возможно всегда. Потому что она совсем не понимала, как себя вести и что делать, если он разденется перед ней.
Нет, она точно не собирается с ним спать. Никогда. Наверно.
Застонав в голос, она накрыла голову руками и, повернувшись к Джину, поймала его озадаченный взгляд.
— Я не выйду за тебя!
36
Если ей поначалу казалось, что Джин не станет убивать ее на свидании, то после этих слов, его челюсти сжались, а в глазах полыхнула зелень, заставляя своего хозяина, тяжело и рвано дышать.
— Что ты сказала?
— Джин, ты же понимаешь, что если причинишь мне вред, я никогда не прощу тебя — прошептала Джиа, начиная пятиться от него.
— Повтори.
— Джин, успокойся, ты пугаешь меня — она замерла, когда он схватил ее за руку и, закинув на плечо, пошел к трапу.
— Джин, успокойся, ты куда? Отпусти меня? Живо? — причитала она, пытаясь молотить кулачками по его спине — Это уже не смешно дракончик!
Она пыталась храбриться, но когда он занес ее в каюту и бросил на широкую и мягкую постель, она испугалась по настоящему, смотря за тем, как он рваными движениями срывает с себя джемпер и отпускает руки на ширинку.
— Джин, чтобы ты не задумал, не делай!
