— Поправляйся, а позже, когда навестишь свою сестру и брата, я так и быть, дам тебе адрес, где, если получится, ты сможешь забрать ее! — ответил Джин, игнорируя его попытки одеться — Оставь это, тебя не выпустят, мой приказ.
Чжоу прошил его тяжелым взглядом, но Джин выдержал его и развел руками.
— Может, для начала залечишь эти раны? — показал рукой на его грудь Джин — А уж после будешь спасать свою бедовую даму?
— Он увез ее насильно, ты понимаешь, что каждая минута может стоить ей жизни или… чего-то другого? — закончил он и Джин громко рассмеялся, но как только почувствовал, что швы разошлись, замолчал.
— Поверь, он не тронет ее, пока она сама не захочет!
— Скажи, что с ней будет, если она начнет нападать на шейха в его стране? — спросил спокойно Чжоу, и Джин рассмеялся еще раз, более громко, не обращая внимания на боль.
— Она же не сумасшедшая, чтобы натравить на себя его подданных?
Судя по взгляду Чжоу, именно так он о ней и думал, и Джин приподнял бровь.
— Она может что-то выкинуть?
— Если уже не выкинула… например его — из самолета!
Их смех был прерван стуком в дверь.
— Простите господин Ли, охрана доложила, что ваша жена собирается выехать из дома.
Набрав номер Джиа, Джин устало проводит по лицу рукой и понимает, что дико устал, поэтому, не услышав ее ответа, попрощался с Чжоу, и взял с него слово, что пока он не поправится, никуда не поедет.
Вернувшись в палату, он выслушал подробный отчет о том, что произошло там после того, как он отключился в машине, а также охранник подробно описал все события, подтвердив участие отца Джиа и Филиппа Берутти в нападении на его людей.
— Он мертв?
— Да господин, его передадут дочери, когда все необходимые процедуры будут соблюдены.
— В своем уме? — рыкнул он — Джиа ни слова, ясно?
— Как прикажете, господин.
Парень исчез, оставляя Джина в раздумьях относительно дальнейших действий в отношении Ренато Аризио. Он похоронит его сам, а ей скажет, что тот уехал, а когда все успокоится, он признается ей во всем и покажет его могилу. В любом случае, ей не нужно всего этого видеть и знать.
Мало того, что этот ублюдок успел напоследок вновь ударить ее, когда она пыталась предупредить Джина об опасности, так еще и упрямо тащил ее, пытаясь забрать у него.
Снова.
Стоило только подумать об этом, как в его мозгу вспыхивала ярость, а глаза застилала кровавая пелена, заставляя его сердце стучать как сумасшедшее. Стук в дверь и в палату вошла медсестра, неся с собой чистые бинты, мазь и уколы. Пока она делала ему перевязку и укол, он обдумывал дальнейшие шаги, и только когда она ушла, он вдруг почувствовал сонливость, опускаясь на постель и держась из последних сил, чтобы не уснуть.
— Твою мать, — чертыхнулся он, поняв, что укол был специальный, видимо, Джиа попросила — Чертовка!
Не в силах бороться со сном, он прикрыл глаза и тут же провалился в темноту, спасая медперсонал от своего гнева. Когда позже он пришел в себя, Джиа сидела рядом и улыбалась ему.
— Ты еще не здоров!
Он хотел сказать, что здоров, но почувствовав укол в плечо, повернулся к девушке, и схватил ее за руку, отталкивая от себя.
— Джин! — повысила голос Джиа.
— Убью! — прорычал он, испугав молоденькую медсестру, и Джиа скривила лицо, спокойно улыбаясь.
— Не бойтесь его, он всегда такой, — сказала Джиа, и посмотрела на размытый взгляд Джина — А тебе надо еще немного поспать, и это приказ, дракончик!
Ради ее улыбки, он готов был сделать все что угодно, но только не спать. О чем он и пытался донести ей, сжав ее руку.
— Хорошо — хорошо, накажешь меня, когда проснешься!
57
Две пули в груди и как итог, он две недели в палате, привязан к койке и к одной дерзкой и милой девчонке, которая своим спокойным и твердым характером, призывает его к благоразумию. И он почти поддается, вот только ему это уже надоело, а она не обращает внимания на его слова. Но сегодня он собирается положить конец всем этим поездкам к нему, потому что хочет покончить с этим раз и навсегда, и связать их судьбы браком.
— Доброе утро — Джиа вошла в палату, вместе с Хелен под руку и та, тут же потянула руки к Джину.
— Привет девочки, — улыбнулся Джин, чувствуя, как вкусно пахнет сестра Джиа, целуя ее в щечки — Пришли забрать меня домой? — его тон был почти ласковым, но взгляд, который он подарил Джиа, яснее всяких слов говорил о том, что если она скажет «нет», он устроит здесь хаос.
— Я говорила сестре, чтобы она забрала тебя еще в прошлые выходные, ведь врач сказал, что можно, но она…
— Хелен! — шикнула Джиа, но уже было поздно, сестра сдала ее с потрохами.
— Джиа?! — он зарычал, принимая вертикальное положение и, если бы не Хелен, сидевшая у него на коленях, пятая точка Джиа сейчас бы огребла кучу шлепков.
Красноречивый взгляд Джина, она игнорировала, смотря на сестру с обидой.
— Врач сказал, что если мы не торопимся, то он хотел бы оставить тебя на пару дней, поэтому я и не стала говорить, что тебе можно уезжать, зато ты выглядишь более здоровым и отдохнувшим — уверенно закончила Джиа, улыбаясь ему широко и радостно.
— Что ж, у меня еще будет время придумать для тебя наказание.
