Я напряг память. Конечно, в Новогирканске, до этой, уже случилось две Лакуны: одна — в старом городе, другая — в новом. Стало быть, первую(самую древнюю) Канисы вместе с прилегающей территорией превратили в свою «клановую землю». На территории второй, если не ошибаюсь, ныне располагалось Прикаспийское Высшее магическое училище.
От стены веяло накопленной за века Силой.
— Можно? — спросил я. Анна, улыбаясь, махнула рукой в благосклонном разрешающем жесте, и бросила пару слов прибывшему к машине патрулю.
Выбравшись из авто, я подошёл к древним развалинам, коснулся сросшихся между собой почти до монолита камней. Разглядывая цветочно-лиственные узоры на вратах, вдруг понял, что вместе, если смотреть с определенного ракурса, они складываются в изображение оскаленного волка. Круто!
— Ну, что? Дальше — пешочком, или хочешь подъехать к усадьбе, как король? — окликнула меня Анна.
— Давай пешком, — отозвался я. — Насиделся, знаешь ли, в палате.
И мы пошли вглубь поместья. Я рассматривал владения Канисов — интересно ведь, как советские клановые живут? А живут вполне недурно: современные дома и строения вполне органично переплетались с «памятниками архитектуры» возрастом в полторы тысячи лет и больше, а так же большим количеством зеленых насаждений (клумб, газонов и даже аллей).
Экскурсоводом, разумеется, была Анна, поясняя, что и где, и по ходу рассказа беспрестанно меня подкалывая. Я в долгу не оставался, но откровенно кайфовал от происходящего.
Кстати! Если кому-нибудь когда-нибудь зачем-нибудь хотелось поорать про волков, то его бы сюда! Наорался бы вдоволь! Я, признаться, никогда в жиз… нях не видел столько волков, сколько их было в поместье Канисов!!! Даже по телевизору. Даже в интернете! Даже представить не мог, что в одном месте может «пастись» столько серых хищников. Вольяжные зверюги тенями скользили мимо по своим волчьим делам. Некоторые подходили к нам. «Здоровались» с волком Анны. Дружка обнюхивали с подозрением и на меня косились недоверчиво. «Вот черти! Спалят нас к едрене фене!» — слегка тревожился я (до сих пор к неизведанному «звериному чутью» отношусь с пиитетом). А Дружок — молодца! Видимо, вёл себя в полном соответствии с волчьим этикетом!
Впрочем, волки — они и есть волки, пусть даже большие. И вовсе не они стали для меня самым поразительным явлением поместья. Не смотря на то, что я родился и вырос в Новогирканске, обращенных оборотней я видел нечасто — ну не принято у нас в звериной форме расхаживать (в других городах, как я слышал, и вовсе незаконно). А тут — тут кто-то из Канисов гордо вышагивал в обращенном виде. Клыкастые, антропоморфные прямоходящие монстры, за метра два ростом.
— Офигеть! — Я абсолютно неприлично уставился на двух взрослых оборотней, неспешно движущихся нам навстречу и о чем-то увлеченно перерыкивающихся. Один встретился со мной взглядом и продемонстрировал свой лучший оскал.
— «Ну ещё бы», — подал голос Алукард. — «Как сейчас помню, славные деньки были, когда мы со Спартакусом…»
— Угу… — у меня, глядя на этих красавцев, даже легкая зависть появилась: за последние дни успел соскучиться по хвосту и чешуе. А им тут хорошо. Они дома. Они в своём праве.
Здание, к которому мы направлялись, было видно издалека — оно было здесь самым большим. И никак не укладывалось в моё представление об усадьбе. Это была полноценная цитадель, в которой располагался кабинет главы. Вполне благоустроенная, хоть и старая — к апартаментам, находящимся почти на самой вершине, мы вознеслись на лифте.
Скромно постучав и получив разрешение войти, Анна потянула кованное кольцо, которое держал в зубах бронзовый (угадайте!)волк. Массивная дверь легко и бесшумно открылась, и из-за плеча своей спутницы я увидел того самого человека, который улыбнулся мне в последний миг перед тем, как я сиганул в Лакуну. Сейчас он тоже улыбался. И в глазах его плясали те же озорные огоньки.
— Василий Степанович! Рад видеть Вас снова и в добром здравии! — произнёс мужчина, шагнув мне навстречу и протянув ладонь для рукопожатия. — В прошлый раз я не имел возможности представиться — вы слишком быстро нас покинули. Илларий Яковлевич Канис — исполняю обязанности главы клана Канисов на период его временного отсутствия.
— Рад знакомству! — ответил я и затряс его руку. — Николаев, Василий.
— Поздравляю Вас с победой в битве и обретением Божественного права! — кажется, Канис принял правила игры и тряс мою руку с не меньшим воодушевлением, чем я — его.
— Да Боги с ним, с правом! Главное — победа за нами! — ответствовал я. В этот момент Илларий сделал рывок, однозначно намекающий, что заигрываться не стоит. Я отпустил его руку, а он широким жестом указал в сторону большого, почти во всю стену, окна:
— А вот и обещанный сюрприз!
Я обернулся и обомлел! На диванчике сидели они — моя семья! Сенька и отчим, держащий на руках Катюшку, а между ними — мама! Глаза её широко распахнуты, а руки, сжатые в замок, прижаты к подбородку. Сенька смотрит с восторгом, Григорий немного растерян. И солнце из окна хлещет так, что все они будто светятся!
