— В академию поступал, хотел, как вы, следователем быть. Но пока вот не сложилось.
— Почему?
— Конкурс большой. А тут работа стабильная, да и интересно изнутри на систему посмотреть.
— Ну ясно.
Дорога до города пролетела незаметно. Саблин продолжал расспрашивать водителя о его жизни, об учёбе, о планах, ловя себя на мысли, что привычка узнавать детали и подробности крепко внедрилась в его повседневность, даже когда он не на службе, а просто интересуется жизнью другого человека.
Зимнее московское утро встретило Саблина серостью, колючим снегом и промозглым ветром. После тишины и белоснежных пейзажей на контрасте город казался невероятно суетным и мрачным.
В отделении было тихо и сонно. Следователь повесил пальто в шкаф, вдохнул затхлый воздух кабинета, затем открыл окно и опустился в скрипучее кресло. На столе, как всегда, высилась гора бумаг, ждущих его внимания, а на тумбочке рядом свалена почта.
Не успел Саблин даже толком осмотреться, как в дверь постучали.
— Можно? — прозвучал бодрый женский голос.
В помещение вошли его подчинённые: лейтенант Синицын, с вечно горящими глазами, и старший лейтенант Максимова, как всегда, собранная и серьёзная.
— С возвращением, товарищ майор! — Саша расплылся в улыбке.
— С возвращением, — эхом отозвалась Дина. — Надеюсь, отдохнули?
— Старался, — Саблин кивнул. — Что у вас?
Максимова переглянулась с Синицыным.
— Не очень хорошие новости. За время вашего отсутствия два трупа.
Майор нахмурился.
— Два? Хм. Ну, рассказывайте.
— Первый — бездомный, Юрий Калинин, — начала Дина. — Нашли утром во вторник в арке жилого здания на лестнице, ведущей в бытовку. Смерть наступила ночью. Перерезано горло. Орудие убийства — нож, но на месте преступления отсутствует.
— Второй? — спросил Саблин, внимательно слушая.
— Второй — дворник, Пётр Краснов, — продолжила Дина. — Алкоголик, дебошир. Труп обнаружили в пятницу вечером в квартире покойного. Убит в ночь с четверга на пятницу несколькими ударами по голове. Орудие убийства нашли на месте — пепельница. На ней есть частичный отпечаток пальца, но в базе такого нет.
Саблин вздохнул. Два убийства за неделю — это уже тенденция.
— Что с уликами? Свидетели?
— По бездомному — улик немного. Рядом обнаружен отпечаток ноги сорок третьего размера. Но удалось найти, так сказать, коллегу, тоже бездомного, по кличке Клык. Тот упомянул, что накануне смерти Виталич… в смысле, Калинин стрелял сигареты у неизвестного мужчины. Есть его описание. С ним Калинин ушёл предположительно в сторону дома, где и был впоследствии убит. Мы думаем, имела место какая-то пьяная драка или ссора. В желудке жертвы есть следы водки. По дворнику — кроме пепельницы, улик нет. Соседка видела в вечер инцидента у квартиры Краснова мужчину, но описание не дала, не разглядела. Наша версия — убийства на бытовой почве.
— И ещё в кармане бездомного найдена непонятная записка, — добавил Синицын. — На ней ряд цифр. Подумали, код от камеры хранения на вокзале или домофона, но мимо.
Саблин откинулся на спинку кресла. Зимнее утро обещало быть долгим и тяжёлым.
— Ладно, — сказал он. — Молодцы. Хорошую работу провели. Я просмотрю оба дела подробнее, а дальше решим, как быть. Возможно, тут действительно бытовуха, а в подобных случаях мотив, как правило, отсутствует.
Лейтенанты кивнули и вышли. Следователь опять посмотрел на гору бумаг на столе. Теперь к ним прибавилось два новых дела. Он закурил и принялся за изучение материалов.
Кабинет тонул в полумраке. За окном давно стемнело, город затих, но для Саблина этот день казался бесконечным. Два новых убийства, словно чёрные кляксы, легли на его стол, пока он был в отпуске. Бездомный, найденный в арке жилого здания, и дворник, убитый в собственной квартире. Два совершенно разных человека, две жизни, оборванные жестоко и внезапно.
Майор перебирал фотографии с мест преступлений, читал протоколы допросов, изучал заключения экспертов. В голове крутились обрывки фраз, деталей, зацепок. Что-то не складывалось в единую картину и ощущалось странным, выбивающимся из общей канвы.
Поздний вечер принёс с собой не только напряжение после длинного дня сидения за столом, но и первые проблески понимания. Какие-то едва уловимые связи между преступлениями. Но пока это были лишь догадки, зыбкие и неуловимые.
Во-первых, сразу бросилась в глаза локация инцидентов. Убийства совершены в одном районе и недалеко от полицейского участка. Странно? Да. Но не подозрительно. Во-вторых, и в деле бездомного, и в деле дворника фигурирует неизвестный мужчина. Его описание, в принципе, можно считать похожим — прилично одетый. Однако этот факт скорее «пометка на полях», нежели реальная улика. И, в-третьих, самое главное, оба мужчины были малообеспеченными, оказавшиеся за пределами нормальных условий жизни, в сложном и тяжёлом слое общества. А то, что убили их буквально одного за другим, наводило на неприятные мысли.