Тишину заснеженного дачного посёлка вновь нарушил скрипучий звук шин по холодной земле. К забору, окружавшему старый двухэтажный дом, подъехала полицейская машина. Из неё, поёжившись от холода, выбралась старший лейтенант Динара Максимова. Молодая женщина, с короткой стрижкой светлых волос и решительным взглядом серых глаз, прищурившись, осмотрела местность и направилась к калитке. Ей навстречу вышел Филипп в распахнутом синем пуховике и вязаной шапке.
— Привет.
— Привет-привет, — Дина улыбнулась. Она знала писателя не один год, как и её начальник Саблин, с которым Смирнов не только приятельствовал, но и волею стечения обстоятельств поучаствовал в нескольких расследованиях.
— Что тут у тебя? — Максимова застегнула молнию на чёрной куртке, доставая из кармана одноразовые резиновые перчатки для осмотра места предполагаемого преступления.
— Да, если честно, Саблин зря тебя направил, правда! Кто-то, похоже, залез в дом. Но всё на месте. Ерунда, — отмахнулся Филипп, хотя прекрасно понимал: случившееся подозрительно. Однако ему до смерти не хотелось привлекать полицию. Ну разве что Саблина. Ему он точно расскажет о произошедшем и своих опасениях, как другу. Наверное.
— Хм, — произнесла Максимова. — Залезли и ничего не украли? Более чем странно.
Дина направилась к заснеженной дорожке и сразу увидела следы: отчётливые, тяжёлые, с глубоким протектором, словно от зимних ботинок. Старший лейтенант присела на корточки, внимательно изучая отпечатки. Тут же были видны ещё одни, но в стороне, очевидно, принадлежавшие Смирнову, который старательно обходил те, что оставил неизвестный.
Затем, поднявшись, Максимова направилась к дому. Обошла его по периметру, внимательно осматривая окна, а потом прошла к дальней калитке, ведущей в лес.
— Здесь тоже следы. Ты видел?! — крикнула она.
— Да!
— Твои?
— Нет.
— Ну, здесь точно кто-то побывал, — констатировала Дина, возвращаясь к крыльцу. — Дверь проверил?
— Замок вроде не взломан.
— А что в доме?
— Всё на месте.
Максимова кивнула.
— Я осмотрюсь внутри?
— Конечно.
Старший лейтенант поднялась на крыльцо и внимательно оглядела дверь, а затем зашла в дом. Внутри было тепло и уютно. Включив свет, Дина принялась за осмотр, методично обходила комнату за комнатой, не упуская ни одной детали. Заглянула в подвал и на чердак, проверила окна изнутри.
— Работаешь сейчас здесь? — спросила Максимова у Смирнова, видя разбросанные бумаги на столе.
— Да. Перевожу текст с древних свитков.
Все бумаги с переводом были на месте, ничего не пропало, и писатель решил, точнее, убедил себя, что связи инцидента с его работой нет. Откуда кто-то мог узнать о просьбе профессора, да и вообще он сомневался о наличии в свитках ценной информации, разве что для историков. К тому же упоминание Марокко может вызвать сейчас у Максимовой ненужные вопросы.
— Ценности у тебя есть?
— Нет. Старый ноутбук, книги… И черновик нового романа, но он на флешке и у меня с собой, — Филипп похлопал ладонью по карману пуховика.
Максимова задумчиво обвела ещё раз взглядом комнату.
— Странно. Зачем проникать в дом? К тому же дверь открыли отмычкой. Это не сразу заметно, но мне понятно. Похоже, кого-то здесь что-то интересовало.
— Вероятно, искали деньги?
— М-да-а-а. Такой вариант не исключён. Ладно. Скажу Саблину, что всё в порядке, но… — Дина внимательно посмотрела на Филиппа. — Будь начеку. Ты всегда умудряешься влипать во всякие истории, поэтому…
Писатель улыбнулся.
— Не волнуйся. Сегодня ко мне приедет Саблин.
— А-а-а, ну ясно. Шашлыки и вино?
— Типа того. Решили отдохнуть в выходные.
— Хорошо вам провести время.
— Спасибо.
Максимова вышла на улицу, где пошёл мелкий снег, заметая следы неизвестного гостя.
Филипп направился за Диной проводить её до машины.
У ворот участка писателя уже толпились соседи. Две женщины в ярких пуховиках, высокий небритый мужчина в куртке и валенках, ещё один в телогрейке и красной шапке и девушка с собакой. Все они, как заворожённые, смотрели в сторону полицейской машины, переговариваясь.
— Что случилось? Что случилось? — этот вопрос, как назойливая муха, жужжал в морозном воздухе.
Максимова вздохнула. Сейчас начнётся.
— Всё в порядке, граждане, — громко сказала она, стараясь перекричать гул. — Просто небольшое недоразумение. Прошу разойтись по домам, на улице холодно.
Но никто и не думал расходиться. Любопытство, как известно, сильнее мороза.
— А что всё-таки произошло? — громко спросила одна из женщин. — Говорят, ограбление?
Максимова устало потёрла переносицу.
— Нет, ничего такого. Расходитесь, прошу вас.
Писатель, стоявший чуть поодаль, наблюдал за происходящим с лёгкой улыбкой. Он словно впитывал в себя картину: заснеженные дачи, толпа зевак, уставшая женщина-полицейский. Всё это, несомненно, найдёт отражение в его будущих произведениях.
Максимова наконец пробилась к своей машине. Она знала, что ещё долго будет слышать за спиной шёпот и догадки. Дачная жизнь, она такая — тихая и размеренная, пока что-нибудь не нарушит её покой. И тогда все как один вылезают из своих тёплых домов поглазеть.