Она быстро взглянула на фотографию, потом кивнула.
- Ты знала его?
- Нет, - ответила она, не поднимая глаз.
- Ты встречалась или разговаривала с ним когда-нибудь?
- Нет, никогда.
- Ты звонила ему или он тебе?
- Нет, я же сказала, - слегка повысив голос, повторила она.
"Ладно, - подумал Аппельтофт, - она, может быть, еще разговорится".
- Мы так по крайней мере думали, - продолжил Фристедт.
- Но это ошибка. Я не знала, кто это, пока не прочла в газетах. Почему я должна была знать кого-нибудь из СЭПО?
В ее голосе послышались воинственные нотки. Фристедт и Аппельтофт переглянулись. Аппельтофт кивнул.
- Он записал твой номер телефона в свой дневник за день до смерти. Ты можешь объяснить это?
- Нет.
- Это значит, что у вас был контакт, так?
- Нет, его у нас не было.
- Ты можешь объяснить, почему у него был твой номер телефона? Да, кстати, это был не твой телефон, а телефон магазина твоей матери. Почему?
- Этого я тоже не знаю.
- Не означает ли это, что ты хотела предостеречь нас от чего-то, что ты знала?
- Нет, я не из тех, кто бегает в СЭПО.
- Хотя и знаешь что-то, что тебе не нравится, но не хочешь, чтобы о связи с полицейским проведали твои друзья. То, что ты скажешь сейчас, останется между нами, поверь нам.
Последнее было, конечно же, ложью.
- Но я ничего не знаю. Если это был телефон моей мамы, может, она хотела что-нибудь сказать?
- Звучит не очень правдоподобно.
- Но это никак не относится ко мне.
- Это точно?
- Но я же сказала!
Фристедт и Аппельтофт снова переглянулись. Аппельтофт кивнул.
- Ну ладно, - вздохнул Фристедт, разыгрывая поражение, - тогда начнем обычный допрос. - Он включил магнитофон и усталым голосом сказал формальные фразы.
- Допрос Аннелис Рюден, проведен в отделе безопасности в Стокгольме 11 декабря 19.. года, время 14.35. Проводит допрос Арне Фристедт. Свидетель допроса - комиссар криминальной полиции Эрик Аппельтофт.
- Прежде всего разреши спросить тебя, как ты себя чувствуешь. Тебе что-нибудь надо передать в камеру на ближайшие часы?
- Что значит - "надо", туалетные принадлежности и все такое прочее?
- Ну да, и еще что-нибудь из личных вещей.
- Мне нужен мой несессер, зубная щетка и кое-что из одежды.
- Это мы организуем. Теперь я обязан сообщить тебе, что ты была задержана шеф-прокурором К. Г. Йонссоном по подозрению в продаже краденого и наркотиков. И я должен спросить тебя, как ты к этому относишься.
- На это я не хочу отвечать.
- Я должен понять так, что ты не хочешь сознаться в совершении преступления?
- Я не совершала никаких преступлений.
- Ты знаешь, на чем основаны обвинения?
- Нет.
Фристедт выключил магнитофон.
- Послушай, девочка. Так дело не пойдет, ты же можешь просидеть здесь слишком долго и совсем зря. В твоей квартире нашли 11 граммов гашиша. Ты ведь знаешь об этом?
- Но зачем же вы с сотней других в бронежилетах выгнали меня голой посреди ночи?
- Но я же о другом говорю. Это твой гашиш?
- Я не хочу отвечать на это.
- А стереоустановка? Она же краденая, это-то ты знаешь?
Она удивленно посмотрела на него. И реакция была абсолютно естественной.
- Нет, ни малейшего представления.
- Ты знаешь, откуда она?
- Не хочу отвечать на этот вопрос.
- Но должна. Кто купил ее?
- Не я.
- А у кого купил твой друг?
- Не буду отвечать.
- А откуда поступил гашиш, возможно, от того же поставщика?
- Не буду отвечать.
- Если ты будешь продолжать в том же духе, просидишь здесь несколько недель, а это не для тебя. Насколько я понимаю, тебя раньше не задерживали. Значит, получишь лишь условное наказание. Помоги нам, и мы постараемся освободить тебя как можно скорее.
Она ничего не ответила. Фристедт снова включил магнитофон и продолжил.
- Ты знаешь, откуда появился украденный магнитофон марки... прости, стереоустановка марки "Маранц"?
- На это я не буду отвечать, я ведь уже сказала.
- И ты также не хочешь объяснить появление спичечной коробки с гашишем в твоей квартире?
- Нет.
- Ну что ж, на этом допрос окончен. Время 14.41. Затем он быстро встал и сделал вид, что хочет ее стукнуть, хотя не дотронулся до нее и неожиданно, будто злясь, вышел из комнаты, кивнув Аппельтофту.
Перед тем как продолжить допрос, Аппельтофт немного подождал.
- Понимаешь, - сказал он, - мы сейчас проверяем все улики, как мелкие, так и крупные - все. Даже если это окажется чепухой, все равно придется выяснить все подробности, чтобы отпустить тебя домой, а нам перейти к более серьезным делам.
- А, собственно, что мы сделали, в чем вы нас подозреваете? - спросила она и впервые посмотрела Аппельтофту в глаза. - Не думаете же вы, что мы что-то сделали с полицейским в машине. Почему вы нас арестовали?
- Вполне возможно, что мы вышли на ложный след. А ты знаешь, какая может быть реакция на убийство полицейского в машине. Но если ты объяснишь то, о чем мы тебя спрашивали, я сделаю все, чтобы тебя отправили домой.
- Точно?
- Конечно, - привычно соврал Аппельтофт, хотя ему самому от этого стало не по себе. - Вот скинем мы эту чепуху, и я не вижу причин дольше задерживать тебя.
- Да, а если я тем самым посажу кого-нибудь...
