Они торопливо привязали коней к ржавым железным трубам и встали рядом, вглядываясь в темный проход. Видимость была неважной, и Гленвуд едва мог рассмотреть разрушенный участок трубы в нескольких футах от них. Будет нелегко протиснуться в такое тесное отверстие, но они, скорее всего, смогут проскользнуть сквозь него и прыгнуть вниз, в помещение, которое будет под старой канализацией.
– Есть какие-нибудь предположения, что нас может ждать на той стороне? – спросил Кейл.
– Ни единого, – ответил Рам Джас, – я уверен только в одном: Далиан не приведет нас прямиком в казармы стражи.
– А когда мы попадаем внутрь?..
– Там есть таверна, в которой я обычно работал – кстати, не за барной стойкой, – под названием «Грязный нищий». Далиан ее знает, и мы договорились встретиться там. Надеюсь, у него есть для нас новости.
– Я тоже надеюсь, – согласился Гленвуд.
За несколько минут они забрались во внешнюю трубу канализации, и Рам Джас начал протискиваться через ее полуразрушенный участок, бормоча себе под нос ругательства.
– Ха, немного потолстел? – сострил Гленвуд, пока убийца дюйм за дюймом проталкивал тело через трещину, совершенно не заботясь о том, что зазубрины на металле могут его ранить.
Ответом ему был сердитый взгляд, затем Рам Джас неожиданно ухмыльнулся и отпустил трубу, падая в темноту. Гленвуд медленно подполз к дыре и, осторожно взявшись за ржавый край, стал высматривать своего спутника.
– Ты там живой?
– Ага, – ответил Рам Джас. – Это просто старый склад.
Вспыхнуло несколько искр, и кирину удалось поджечь факел и осветить каменное помещение. Оно было затянуто завесами паутины, а от огня разбегались полчища крыс. Рам Джас отошел подальше, раздувая огонек на факеле, и осветил пол. В стене стало видно дверь с косяком, покрытым слоем ржавчины.
– Получается, Далиан привел нас в помещение, из которого нет выхода? – спросил Гленвуд, все еще сидя на корточках во внешней трубе. – Как мило с его стороны.
– Хватит ныть, Кейл. Лучше тоже спускайся. Я думаю, из кладки можно вынуть несколько кирпичей, и оттуда мы сможем выбраться в город, к северу от Королевской Прихоти.
Гленвуд поджал губы и кивнул, а затем начал протискиваться в узкий лаз.
– Ну же, ну же, – бормотал он.
Несколько минут они потратили на то, чтобы вынуть из стены незакрепленные кирпичи и выбраться наружу. Заброшенный склад прилепился к городской стене, его окружали ржавые трубы, змеящиеся по кирпичной кладке, из которых на мостовую стекала бурая вода. Они миновали несколько пустынных проулков и вышли на северную дорогу в окрестностях казармы городской стражи.
В Ро Вейре царил хаос. Заколоченные здания, пустынные улицы, редкие лавки, охраняемые наемниками, и самое удивительное зрелище – совместные патрули стражников ро и каресианских Черных воинов. Вдоль улицы рядом со Сторожевыми воротами тянулись деревянные ящики, в которых рылись испуганные и голодные жители ро. Руки их были вымазаны гниющими овощами и экскрементами.
– Мне, конечно, нравится, когда улицы не безупречно чистые, но это уже чересчур, – сказал Гленвуд, присоединившись к Рам Джасу на пути к главному мосту, ведущему в старый город. – Где твоя таверна?
– Рядом с восточным причалом, за рынком, – ответил кирин, удостоверившись, что капюшон надежно скрывает лицо, доккальфарский боевой лук завернут в скатку, а катана спрятана под плащом. – Не поднимай взгляд на Черных воинов. Нам не нужна уличная потасовка.
– Хороший план, я… я так и сделаю.
По брусчатке вдоль широкой улицы тянулись колеи от повозок, а тротуары по обеим ее сторонам были выложены камнем. По сравнению с Ро Тирисом, где Гленвуд провел большую часть жизни, Вейр казался ему грязным и слишком шумным, но эти недостатки меркли по сравнению с яркостью и жизнерадостностью. Но ни яркости, ни полноты жизни больше в нем не ощущалось. Осталась только грязь.
– Они выпили жизнь уже из двух городов, – произнес Гленвуд, чувствуя внезапный прилив патриотизма. – Хорошо, что в Тирисе и Арноне мы успели до того, как все обернулось так плохо.
– Мы? – уточнил Рам Джас с самодовольной ухмылкой.
– Я же тебе помог, – ответил мошенник. – Без меня ты бы не подобрался так близко к ним. К этой Катье какой-то-там руке… впрочем, не важно, и к Суке Смерти.
– Зато в Лейте ты сбежал, – подначил его убийца, легонько пихнув в бок, – экий же ты все-таки трусишка.
– Если бы я тебе помог – я бы уже умер. Они плевать на меня хотели, помнишь?
– Я хотел только подчеркнуть, что у нас еще остались колдуньи, которых нужно убить, когда мы закончим в Вейре, – ответил Рам Джас. – Мерзавка в Лейте ускользнула из моих ловких пальцев.
– По одной колдунье за один раз, – заметил Гленвуд.
Кирин кивнул на боковую улочку, ведущую на юг от Большого Рынка. Хоть Вейр и считался большим городом, его наполняли узкие улочки и запутанные лабиринты переулков – настоящий рай для людей, живущих по ту сторону закона.
