Красный тряпочник (СИ) полностью

— Тебе не выиграть эту гонку с Красным тряпочником, капитан! — помахав рукой, преступник спрыгнул в шахту. Казалось, что через несколько секунд он куда-то вниз и разобьётся, однако в следующие мгновения гогочущий преступник понёсся на крыше лифта вверх.

— Дал дёру на лифте? — поинтересовался Перов по рации.

— Да. Срочно вызовите мне второй лифт на эту техническую площадку! — попросил капитан.

— У нас есть доступ к системе управлению зданием, сейчас Рено оформит. Готово! СОБР ждёт его на крыше и верхних этажах.

Как только второй лифт приехал, Ярослав быстро вошёл в него и мигом отправился следом за Тряпочником.

«Тебе не выиграть эту гонку с Красным тряпочником, капитан», — какой-то зловещий фатальный рок почувствовал Коломин в этих словах, глубоко задумавшись на какой-то миг.

«“Полдень, XII век” — вертикально интегрированный книгоиздательский холдинг полного цикла: от приёма рукописей писателей до продажи книг клиентам через собственную розницу. Утончённый интеллектуальный читатель — наш клиент. Подробнее на www.midday22century.su», — рассказал приятный автоматический голос.

Тряпочник бежал по крыше, всё ещё отчаянно надеясь уйти от погони. Он запыхался и судорожно оглянулся вокруг себя, ища глазами Ярослава или других стражей правопорядка. Город был как на ладони с этого захватывающего вида. Казалось, преследователи отстали, и можно было покинуть крышу, переметнувшись на другое здание, и затеряться среди бетонных джунглей.

Внезапно мощный порыв ветра нагнал милицейский Ми-8-Э, будто вылетевший из неоткуда. Он буквально прожигал крышу своим ярким прожектором, не давая шанса спрятаться даже не уснувшей в октябре мухе. Не ожидая появления летательной техники, Красный тряпочник инстинктивно оглянулся, подошёл к коробу очередной пожарной лестницы и со всей силы получил удар ногой в голову. Преступник отлетел на бетон, упал на живот, и тут же на его спину коленями приземлился Ярослав, скручивая руки убийцы сверхжёсткими электронаручниками. Появившийся вертолёт смог оперативно сесть на широкую крышу, и из его чрева резво вышел Боров с сопровождавшими его милиционерами.

Ярослав жёстко сорвал капюшон с преступника, силой повернул его голову к себе. Перед капитаном МВД лежал рыжий мужчина среднего возраста с неопрятной шевелюрой, достаточно давно не бритыми усами и бородой, некогда сломанным горбатым носом и вымученным безумным взглядом. Он то дрожал, то дёргался, будто всё ещё рассчитывая вырваться.

— Он? Он?! — с возбуждённой радостью кричал Боров издалека.

— Серьёзно? Что-то как-то относительно легко вышло, — по рации засомневался Перов, пока находящийся у входа в холл издательства.

— За что убил Крылову? — Ярослав дёрнул преступника, уткнув его лицом в бетон крыши. — Что тебе сделала эта женщина??

Неожиданно убийца расплакался, прекратив ныть и бормотать себе под носом что-то невнятное.

— Я гений… Я гений! Я писал, писал всю жизнь… Прозу, стихи. Участвовал в этих мерзких подставных конкурсах, в которых голос толпы выбирал не лучших, а просто самых громких, умеющих тупо много и постоянно спамить! Отправлял рукописи, которые соответствовали ими же установленным правилам, и каждый раз в ответ получал равнодушное молчание. Никто меня не понимает, утончённые интеллектуальные люди кончились в этом чёртовом мире! — Дыхание преступника участилось, он весь вспотел от злости. — Но эта мерзкая бездарная тётка-редактор… Редактор и критик — это всегда неудавшиеся писатели! Её морда из заскорузлого Литинститута или бабьего «Педа» слишком часто мелькала по ТВ или в Нете. Её чванливые суждения, её агрессивный, завистливый тон касаемо прекрасного, истинно талантливого — литературы — был просто физически нестерпим. И когда (первый раз в жизни!) она ответила развёрнуто, с типичной для неё желчью застарелой злобной кошатницы, что не станет издавать мою гениальную книгу, я не выдержал. Я, который со своим талантом должен всю свою жизнь копаться в этой долбаной вентиляции, вместо того чтобы зарабатывать на жизнь своим творчеством!

— Зачем ты притворился Красным тряпочником? — прищурился Ярослав, глядя горе-писателю прямо в глаза.

— Притворился? — начиная понимать, что происходит, к преступнику и Коломину подошёл Боров.

Убийца болезненно, но с ненавистью оскалился.

— Чтобы хорошенечко напугать вас всех, тёмных, ужасных, сплошных невежд… У которых единственная прочитанная книга — это «Колобок»! — прошипел он.

Ветер задул сильнее, и на крыше началось становиться несколько холодно.

— Товарищ полковник, здравия желаю. По нашей части — ложная тревога, — поприветствовал начальника Ярослав.

— Я бы сказал даже, ложная радость, — мигом посуровел Боров, поняв, что они схватили не того. — Что это за урод?