— Хватит фыркать. Ты все-таки не кошка. Давай, топай наверх. Спать. Приятных снов. И не вздумай сбежать, — крикнул он вслед, когда я уже плелась вверх по лестнице, повисая на перилах. — А то в конце следующей погони я могу оказаться не таким добрым.
— Спокойной ночи, маэстро. Спи спокойно, — отозвалась я. — Так легко тебе от меня не избавиться.
Домик был невелик. Комнатки — крошечными. К каждой из них прилагалась туалетная комната с ванной, наполняющейся горячей водой из серебряных и золотых рычагов.
Тело отогрелось в ароматной воде. Я, наслаждаясь ощущением чистоты и свежести, тепла и безопасности.
Маленький домик, затерялся среди трескучих холодов, бесконечных сугробов. Снег падал. Усыплял, успокаивал, очищал.
Белым снегом опустился сон. Тихий-тихий. Без кошмаров.
Снег падал и падал.
— Доброе утро, ребёнок. Как спалось? — поинтересовался маг, тряхнув серебряными локонами, когда следующим утром я спустилась со второго этажа. — Кошмары не мешали?
— Нет, — в тон отозвалась я. — У этого дома отличная энергетика.
Вальяжно растянувшись на диване, уютной ракушкой свернувшимся напротив камина, для пущего комфорта закинув ноги на спинку мебели, мужчина потягивал вино, прямиком, из бутылки. Как алкаш со стажем. Но с этакой порочной аристократичной небрежностью.
Рядом с ним, элегантно забросив ногу за ногу, сидела красавица — высокая хрупкая женщина с черными, как смоль, прямыми волосами и удивительно яркими зелеными глазами. Взгляд у женщины был не столько завораживающий (хотя кто его знает, как он там действует на мужчин), сколько замораживающий.
— Думаю, пришло время представить вас друг другу, маэры. Одиффэ, это — Сант*рэн — Хранитель и Глава клана Чеар*рэ. Одна из тех, кто заседает в Большой Директории и держит в руках тоненькие ниточки, удерживающие на себе благополучие Эдонии. Сант*Рэн — это Одиффэ, именующая себя Сирэн*но. В узких кругах, несмотря на свой юный возраст, весьма известная особа, Кровожадная, как неупокоенная мара. Невоспитанная, как уличный воришка. Норовистая, будто необъезженный ездовой демон. Наглая и дерзкая. Словом, истинное Чудовище. Что-то подсказывает мне, что вы поладите.
Сант*рэн мне не понравилась. С первого взгляда.
— Скажите, а кормить сегодня будут? — спросила я. — У меня два дня во рту маковой росинки не было.
Тэ*и хмыкнул. Наверное, алкоголь уже вступил в реакцию с голубой аристократической кровью:
— Будь моя воля, тебя бы ещё, как минимум, три дня не кормили. — Я ни на минуту не поверила в серьезность его намерений заморить меня голодом. — Кстати, завтрак ты проспала. Обедаем мы не раньше часа пополудни. — Продолжал он издеваться.
Я терпеливо всё сносила — с надеждой на завтрак.
Проследив за указательным перстом вредоносного "искуна-шпика" остановила взгляд на подносе, стоящем на соседнем столике, крытым кружевной салфеткой. Под салфеткой оказалось нечто странное, но распространяющее вполне съедобный запах.
— Что это такое? — Подозрительно повела я носом.
— Кройули.
Судя по консистенции и запаху, "кройули" было скорее мясом, чем растением.
— Попробуй, — посоветовал Тэ*и, заметив мою нерешительность, — тебе должно понравиться. Жаль только, что Сант*рэн готовит исключительно при помощи магии. Магия делает пищу ненатуральной. Но есть можно.
Кройули в самом деле оказался мясом, как меня и предупредили. Странным, ни жареным, ни вареным, словом, весьма специфичным.
— Кто такой Миа*рон? — спросила красавица.
От неожиданности я чуть не подавилась.
— Это имя постоянно мелькает в твоем разуме, — пояснили мне.
— Хозяин "Дома Летящих Теней". Оборотень, которого я вам сдала. Он был моим наставником, хозяином и учителем.
— Ты любила его?
Сант*рэн терпеливо ждала, пока я раздумывала над ответом.
— Я была вынуждена считаться с ним. — Честно ответила я. — Он был сильнее.
— Но ты его не любила?
— А как это — любить?
Чеар*рэ переглянулись между собой, обмениваясь мыслями.
— Что-то не так? — встревожено отодвинула я тарелку.
— Ты бы продолжала убивать дальше, если бы оставалась со своим учителем?
— Да.
— Почему?
— В этом мире, если не убиваешь ты, — убивают тебя.
— Кем была твоя мать?
В комнате воцарилась тишина. Слабо шелестел огонь в камине, неторопливо облизывая сухие поленья, перед тем как переломить их огненными клыками с тихим хрустом.
— Никем.
— Разве так бывает? — спросил Те*и.
— Если ты не оставляешь по жизни следов, ты никто. Моя мать была Никем.
— А твой отец?
Те*и пытался мягкостью тона смягчить бестактность допроса.
— У меня никогда не была отца.
— Ты его ненавидишь?
— Нельзя ненавидеть того, кого нет, — отрезала я, тряхнув головой. — Не утруждайтесь попытками залезть ко мне в душу.
— Почему? — высокомерно изогнулись тонкие ухоженные брови Сант*рэн.
— Потому что там нет ничего достойного вашего внимания, маэра. Лучше скажите, вы намерены сдать меня властям?
— Мы и есть власть, — заметил Те*и.
— Вы отдадите меня в Департамент?
Сант*рэн со вздохом уронила:
— У нас нет другого выхода. И тебе нечего бояться. По законам Эдонии несовершеннолетние не подсудны.
