По дороге домой я думала о Саймоне: как он замечательно ко мне отнесся, какое щедрое предложение о работе сделал. А я отказалась. Теперь мне не нужна была слава ради славы — я не могла забыть о том, что со мной произошло. Мне хотелось помочь людям. Но что я могу? Я сама еще многого боюсь. Живу на пособие, не имею навыков ни в работе с компьютером, ни в администрировании.
— Ты можешь заниматься всем, чем пожелаешь, — утверждала Мэгз. — Просто определись, чего именно тебе хочется.
А через несколько недель она спросила меня, не хочу ли я пойти на торжественную церемонию вручения премии, посвященной разнообразию на телевидении. Меня впервые приглашали на такое мероприятие, и я решила пойти.
Как и любая девушка, я мучилась вопросом, что надеть, пока Мэгз не сообщила, что Виктория Бэкхем хотела бы одолжить мне одно из своих платьев. Я не могла в это поверить — пока не открыла коробку. У меня вырвался вздох восхищения. Это было такое же платье, какое я видела на Дрю Берримор — темно-лиловое, с юбкой-карандашом и соблазнительным лифом без бретелей.
— Оно прекрасно, — прошептала я, поглаживая ладонью материал.
В день банкета Мэгз повезла меня к парикмахеру, и мои волосы уложили изысканным узлом, чтобы скрыть изуродованное ухо. Однако я решила не накладывать маскирующий макияж.
— Не буду прятать лицо, — настаивала я. Но за бравадой скрывалась неуверенность. Несмотря на потрясающий наряд, я по-прежнему чувствовала, что нет смысла даже пытаться выглядеть лучше. Мне казалось, что с макияжем я произвожу еще худшее впечатление, словно с жалкой очевидностью пытаюсь скрыть то, что скрыть невозможно.
Я пришла на это шоу, не замаскировав шрамы. И старалась побороть смущение, пока мы с Мэгз шли занимать свои места. Рядом с нами сидела роскошная азиатка. У нее были восхитительно точеные черты. Ярко-красная помада подчеркивала совершенной формы рот, жидкая подводка — необычный разрез глаз. Я не могла отвести взгляда от ее лица.
Через две недели папа с мамой, Пол, Сьюзи и я воспользовались приглашением Саймона Коуэлла и махнули на прямой эфир шоу «Икс-фактор». Мы поехали в Лондон, где вовсю хлопали, подбадривая конкурсантов, старавшихся изо всех сил — после того, как мастер-класс им дала Рианна.
Когда шоу подходило к концу, Саймон прислал мне сообщение, в котором приглашал нас за кулисы. Мы отправились в его гримерку. Открылась дверь — и мы увидели, что, кроме Саймона, там сидят Синитта и сама Рианна!
— Приятно познакомиться, — улыбнулась певица и поцеловала меня в щеку, закрытую маской. Она поцеловала мою маску. Рианна поцеловала мою маску!
Саймон рассмешил меня, показав свою ванну и признавшись: «Я люблю лежать в ней и смотреть мультфильмы по телевизору. Это помогает расслабиться». Кто бы мог подумать!
Как и в прошлый раз, он был очень мил — расспрашивал маму о ее работе в школе, папу о его парикмахерской. Когда мы ехали домой, я была на десятом небе от счастья. Этот влиятельный человек принял меня, не остался равнодушным к моей истории, так же, как и те люди, которые писали мне письма с наилучшими пожеланиями. Так же, как Джонатан, мои родные и друзья. Саймона не смущал мой вид, не смущало, что нас видят вместе.
Засыпая, я думала, что, может быть, не так уж и плохо быть Кэти Пайпер.
Я постоянно думала о том, что сказала мне Мэгз. В глубине души я знала, чего хочу. Я хочу основать благотворительную организацию, которая будет помогать людям, пострадавшим от ожогов, оплачивать лечение во Франции. Я представляла себе сверкающий лечебный центр, где искалеченные люди будут чувствовать себя в безопасности. Там они смогут пройти курс интенсивной реабилитации. Именно такой курс помог мне восстановиться и физически, и эмоционально, изменив мою жизнь.
— Кэти, это прекрасная идея! Ты обязательно должна ее реализовать, — воскликнула Мэгз, когда я рассказала ей об этом.
Но я боялась, что у меня ничего не получится, что я не справлюсь, сломаюсь вследствие стресса и всех подведу.
— Я не знаю, с чего начать. Боже мой, я даже не умею пользоваться копировальной машиной!
— Ну, с бумажной работой я тебе помогу. Ты справишься.
Как и мистер Джавад, Мэгз верила в меня, и мы приступили к работе. В декабре 2009 года, после того как мы заполнили миллионы разных бумаг, Фонд Кэти Пайпер был наконец зарегистрирован. Мистер Джавад и приятель Мэгз, Рос, согласились быть его попечителями. И хотя моим взносом в это дело были только я сама и мой старенький ноутбук, это стало НАЧАЛОМ.
— Я верю в тебя, Кэти, — с улыбкой говорил мне мистер Джавад. — Большие дела начинаются с малого.