И такой красоты Инис еще не видела. Естественной. Совершенной. Чистой.
Такой натуральной, что хоть запаковывай да на рынке сбывай в виде концентрата. Разбавить щепотку естественности в воде и принимать ванны три раза в неделю. Или как прививки от переизбытка пластиковой моды.
Хотелось протянуть руку и потрогать, убедиться, что они живые, хотелось так сильно, что пришлось заставлять себя остаться на месте.
Ошеломленные взгляды всех находившихся в помещении людей пришельцы совершенно игнорировали. Может, и правда, не замечали, может, умело притворялись. Придикаты молчали, занимаясь своими делами – им действительно был непонятен интерес одних человекоподобных к другим. Они столько веков жили возле Красоты и этого не осознавали. Вот так вот.
Тут кто-то откашлялся, и вперед толпы к гостям протиснулась Оливия.
- Добрый день, - сказала она, улыбаясь широко и великодушно, как истинная королева, и чуть ли не приседая в реверансе. – Вы пришли к нам в гости?
- Да, - ответил один из молодых людей.
- Меня зовут Оливия.
Молчание.
- А вас? Если мне можно спросить?
- Лея, - сказала девушка.
- Тук.
- Тим.
- Очень приятно, - Оливия, похоже, не собиралась от них отставать, хотя идти на контакт они явно не желали. – Могу я вам чем-то помочь?
- Нет, - таким же ровным тоном ответила девушка. Странно, грубо не прозвучало, скорее, задумчиво.
Кто-то из людей нервно захихикал и тут же замолчал. Оливия недовольно оглянулась и продолжила.
- Может, вы хотите знать, что тут происходит? С удовольствием расскажу. Мы выбираем, какие из молодежных течений и искусств стоит сохранить и перевезти в новый мир. Понимаете?
Тот, который назвался Тим, стал смотреть на Оливию, а двое других всё так же невозмутимо пялились по сторонам. Право слово, Инис была восхищена таким ненапряжным поведением. Или они не соображают, что происходит? В смысле, не особо понимают смысл цивилизованных реверансов, так как живут в своем собственном мирке и не собираются оттуда выглядывать?
Нагрраз упоминал, хомирисы были цивилизованны ничуть не меньше всех остальных, а то и больше, но однажды просто оставили цивилизацию придикатам и одичали вполне сознательно. Почему это произошло?
В общем, никак внятной реакции Оливия от гостей не добилась. Ни вопросов, ни ответов, ни, как это не злило, внимания к своей персоне.
В результате работа вернулась на круги своя. Голоса гудели, мониторы транслировали то цифры, то чертежи, бумаги перемещались со стола на стол из человеческих рук в огромные лапищи придикатов – и обратно.
- Инис, иди забери результаты голосования по спортивному уличному инвентарю, - крикнули с той стороны помещения.
Это теперь так делали при выборе из нескольких предметов – голосовали тестовой группой и по количеству голосов решали, что предпочтительнее увозить на новое местожительство.
Инис встала и отправилась на ту сторону комнаты. Путь лежал как раз мимо странных существ, которые так и стояли на месте, скучковавшись и периодически перешептывались, с таким видом, будто и сами не могли решить, что делать дальше.
Судя по игнорирующим гостей придикатам, такое поведение для хомирисов в порядке вещей.
Инис помнила реакцию на Оливию, поэтому не собиралась на них пялиться или того хуже, доставать с расспросами. И правда, ну пришли люди посмотреть, что происходит – почему нет? Ведь это тоже их касается, верно? Да и Нагрраз предупреждал, что хомирисы сами способны попросить помощи.
Однако подойдя к хомирисам вплотную, краем глаза Инис заметила, что Лея следит за её передвижением, и машинально повернула голову.
Девушка смотрела ей прямо в лицо, пытливо и почти навязчиво. Инис едва сдержала порыв сделать кислую мину, такое явное внимание со стороны представительницы расы идеальных лиц и фигур вполне сродни тому, что выказывал её первый кавалер – интерес к страшилкам, ужастикам и уродцам. Неприятно, но не впервой.
Однако прошло всего несколько секунд, и жизненный опыт Инис запротестовал, заявляя, что ничего подобного во взгляде Леи не было. Скорее, наоборот, теплота. Немного удивления. Но не жалость, нет.
В-восторг?
Инис остановилась. Не хотелось, конечно, чтобы твои добрые порывы окатили таким же равнодушием, как порывы Оливии, однако игнорировать прямой взгляд было крайне невежливо, а Инис считала - пусть лучше другие выставляют себя хамами, чем она. Поэтому спросила.
- Я могу вам чем-то помочь?
Лея неожиданно кивнула.
- Да.
- Правда? Чем же?
Вокруг постепенно смолкали разговоры, пока, наконец, не остановились совсем. Даже придикаты поглядывали с любопытством, а люди так вообще были откровенно удивлены – с чего вдруг дикари стали такие общительные?
- Вы тут занимаетесь упаковкой багажа, верно? – спросила Лея.
- Можно и так сказать. Только не личного, а общественного, - улыбнулась Инис. Скажи нечто подобное земляне, в смысле «упаковка багажа», это звучало бы как тонкое оскорбление – сложную работу по вычислению пространственных ячеек приравнять к простой физической работе упаковщика-грузчика. Но в исполнении Леи звучало вполне нормально, без намеков и подковырок.
