зеркалом, чтобы оценить повреждения.
Прикасаюсь к большому синяку, только появляющемуся на щеке. Больно. На
руках и верхней части тела - царапины и синие отметины.
Я больше не могу на себя смотреть, поэтому захожу в душ и пытаюсь смыть
события сегодняшнего дня, но ничего не помогает.
Я растилаю кровать, чтобы она была готова, когда Лорелин выйдет из душа.
Тут до меня доходит, что она не взяла с собой вещи, поэтому, открыв ящики, я
достаю пару вещей, которые ей могут понадобиться. В верхнем ящике я
нахожу бюстгальтеры и трусики.
Кажется, какие-то из них она одевала для меня.
Проклятые воспоминания.
Перерыв несколько ящиков, я натыкаюсь на розовые спортивные штаны с
надписью "любовь" на всю задницу.
Мне нравятся эти штаны, а также я знаю, что она носит их, когда нуждается в
уюте, так что беру их с собой.
Следующее, что я замечаю, это мужская футболка,
отчего меня съедает отвратительная зависть. Достаю её, чтобы получше
рассмотреть, и понимаю, что она моя. Я даже не заметил, когда она пропала.
От увиденного мое сердце переполняется чувствами, готовое вот-вот
выпрыгнуть из груди. Она скучала по мне.
Дверь ванной закрыта, отчего я сначала стучу, вместо того, чтобы ворваться
без разрешения. Мы перестали закрывать двери после того, как начались
наши отношения, поэтому мне непонятны причины, почему она сделала это
сегодня. Я не хочу, чтобы она закрывалась от меня. Боюсь, что этот случай
заставит её снова возвести стены, которые я с таким трудом разрушил.
- Входи.
Ванная заполнена паром.
- Я принес тебе кое-какую одежду.
- Спасибо.
- Что-нибудь еще нужно?
Она не отвечает, и я сомневаюсь, слышала ли она меня вообще, но затем я
слышу, как она говорит мягким голосом.
- Да.
Я стою и жду, когда она скажет, что ей нужно, но она этого не делает.
- Что тебе нужно, детка?
- Ты.
- Хорошо. Я посижу с тобой, пока ты будешь в душе.
Закрываю крышку унитаза.
- Нет. Ты нужен мне здесь, в душе.
Неожиданно. На нее напали и чуть не изнасиловали. Не думал я, что она
захочет принять душ вместе. Может быть она просто хочет, чтобы я был
рядом, чтобы почувствовать себя в безопасности.
- Ты уверена?
- Да.
Я не могу заставить себя поверить, что это нормально, но это то, чего она
хочет.
- Хорошо.
Раздевшись, я отодвигаю штору и встаю под горячие струи воды рядом с ней.
Она кладет руки мне на живот. Щекой касается моей груди, так что вода
льется по нам обоим.
- Сейчас я скажу тебе кое-что, и, пожалуйста, не подумай, что я
сумасшедшая.
- Детка, я знаю, что ты не сумасшедшая.
- Я знаю, что то, что я чувствую - неразумно. Это всё в моей голове, но я
чувствую, что не могу смыть его с моего тела. Я чувствую себя грязной.
- Ты не грязная, любимая.
То, что она чувствует, вполне естественно. Я не знаю, что сделать, чтобы она
почувствовала себя лучше, но я решаю сделать единственную вещь, которая,
на мой взгляд, может ей помочь.
- Повернись для меня.
Я тянусь к шампуню в то время, как она поворачивается, и выдавливаю
некоторое количество себе в руку.
- Я собираюсь вымыть твои волосы, а, когда закончу, смою каждый его след с
твоей кожи. Ты больше никогда это не почувствуешь.
Я понятия не имею могу ли я касаться её, вдруг это нанесет ей еще больше
вреда. Надеюсь я делаю всё правильно, но, как говорится, не попробовав - не
узнаешь.
Я слегка массирую ей голову, когда мою волосы.
Слышу, как она вздыхает, и принимаю это за хороший знак, так что повторяю
этот процесс с кондиционером, прежде чем перейти к телу.
Взяв гель для душа, я начинаю массировать ей самое на мой взгляд
безопасное место - спину. А еще потому, что именно на ней я нашел его,
когда он нападал на нее - лежащего на её спине, держа её лицо вниз к полу.
Я злюсь снова и снова, вспоминая, как он пытался изнасиловать её.
Я встряхиваю головой, как будто это поможет стереть картинки из моей
памяти. Ни черта не помогает.
Лорелин ни в коем случае не должна узнать, что творится у меня в голове.
Она еще больше расстроится, когда узнает, что я представлял её нападение,
проигрывая события того, что чуть не произошло.
Её напряженные мышцы постепенно расслабляются, что несомненно радует.
Лорелин подобна лекарству, которое лечит всю мою боль, тогда, почему же я
не могу быть тем же облегчением для нее.
Я стою позади нее, проводя мыльными руками вверх по её шее. Она
поднимает подбородок и кладет голову мне на грудь, пока я тем временем
исследую её тело.
Круговыми движениями ласкаю грудь, отчего соски вмиг становятся
твердыми. Она сильнее прижимается ко мне, и мне приходится сдерживать
свой член, убеждая себя, что сейчас неподходящее время. Но он не
слушается. И всегда будет так, когда это касается её. И я не виню его - она вся
такая мокрая и голая прижимается своим красивым телом к моему.
Мои пальцы спускаются вниз, скользя по животику, и касаются её между ног.
