– А так. Я ему сказала, что еду к бабушке в деревню.
– И он поверил?
– А мне плевать! Колька – он же нищий работяга. И всегда будет голодранцем. А тут такие деньжищи!
– Какие?
– У Виктора коллекция картин была, так одна на миллион долларов тянула! – увлекшись, выболтала Светка. – А еще квартира в центре города. И прочее антикварное барахло в ней. А уж цацки! Брильянты такие, что глаза слепнут.
Некоторое время Танька пыталась переварить информацию. Оказывается, Светка у них богатая наследница. А Светка, должно быть, сама испугавшись своей откровенности, заявила:
– Только ты Кольке, смотри, ничего не говори!
– Ну, ясное дело!
– Нет, поклянись, что не скажешь!
– Буду молчать как рыба!
И успокоенная Светка отпустила Таньку.
Выслушав рассказ Таньки, Кира задумчиво почесала подбородок. Отлично зная Таньку, она что-то сомневалась, чтобы та смогла промолчать о такой великолепной сплетне. И Кира спросила:
– Но ты все равно ведь выболтала новость Кольке?
– Честное слово, сама не знаю, как это получилось! – едва не плача, покаялась Танька.
– И он бросил Светку?
– Из-за тебя?
– Не из-за меня! Он и сам подозревал, что она ни в какой деревне у бабушки не была! И не любил он ее вовсе!
– Но ты ему окончательно глаза раскрыла, ведь верно?
– Ну, не знаю я, как это получилось!
– А потом Светка в отместку тебе закрутила роман с Валей?
Танька обреченно кивнула. Так и было. Светка подстерегла болтливую Таньку возле дома. И, оттащив в сторонку, прошипела той прямо в лицо:
– Знаю, по кому ты с первого класса сохнешь! Знаю, что вы с ним по вечерам в шахматы играете да музеи и выставки разные по выходным дням посещаете. Так вот, не видать тебе Вальки, как своих ушей! Как ты мне, так и я тебе!
Светка ушла. А Танька осталась с ощущением, что попало ей поделом.
– Значит, Светка связалась с Валей не из-за его денег?
– Нет. Хотя с завещанием этого Виктора Степановича какая-то неувязка получилась. Родственники в самом деле в суд подали. И дело это с получением Светкой наследства сильно затянулось.
– Но раз завещание было, что-то Светке все равно должно было отломиться. Пусть не все, но хотя бы некоторая часть.
– Не знаю, – покачала головой Танька. – Но одно я вам скажу точно: это они Светку убили!
– Кто? Родственники Виктора Степановича?
– Они самые! Недаром его внук на похоронах Светку убить грозился. Вот он и выполнил свою угрозу.
– Но его не было в доме.
– Не сам, так людей нанять мог. Он же так и собирался сделать.
Услышанная от Таньки новость требовала проверки.
Но до этого было еще далеко. Едва подруги успели закончить разговор с Танькой, возле ворот раздался дикий шум. Потревоженные домочадцы сбежались вниз. Никто толком ничего не понимал, и все задавали друг другу одни и те же вопросы.
– Кто там еще пришел?
– Кто шумит?
– Почему так поздно?
– Дадут нам поспать? Кого там принесло на наши головы?
– Наверное, снова поселковые охотники! Рвутся взять реванш!
Но оказалось, что это не охотники, а гораздо, гораздо хуже. Потому что это был Бадякин собственной персоной. Да еще не один. Для компании он прихватил с собой настоящий автомат Калашникова, который сейчас трепетно прижимал к своей груди. Вид у него при этом был решительный, морда красная и по обыкновению пьяная. Одним словом, не самое лучшее сочетание.
– Где он?! – проревел Бадякин, отталкивая с порога Валю и врываясь в дом. – Где он?
– Кто?
– Он! Эта паскудная тварь! Этот урод волосатый! Эта мразь, которую я сейчас своими руками застрелю!
– Он? – переспросил Валя.
Потом его осенило, что грозный господин Бадякин с автоматом, скорей всего, собирается сразиться с тем зверем, который держит в страхе весь поселок. Решив, что лично ему опасность быть застреленным краснолицым господином не грозит, перед ним всего лишь еще один охотник, Валя приободрился и сказал:
– А он еще в лесу!
– В лесу-у-у! – почти завыл Бадякин. – А что он там делает? В лесу?
– Живет.
– Живе-ет?! – снова взвыл Бадякин. – Шиш он там живет! Прячется он там! Вонючий скунс! Урод! Сучий сын и…
Дальше шли такие выражения и такие пожелания, что все невольно заслушались. У Бадякина был несомненный талант – ругался он так, что невозможно было не заслушаться.
– Убью! – внезапно снова взревел Бадякин. – Покажите мне, где он? Или я все тут покрушу вам!
Валя побледнел. Про нрав Бадякина был наслышан весь поселок. И до Вали тоже дошли слухи о бадякинских выходках. Но, кинув взгляд на Кешу и Колю, которые были крепкими ребятами, не говоря о крепыше Сереге, который, если не считать его позорного страха перед собаками, тоже был не слабаком, приободрился.
Кажется, и сам Бадякин сообразил, что с таким количеством врагов ему одному не справиться. Не палить же по соседям, в самом-то деле. А драться с четырьмя мужиками, это вам не дома над беззащитной женой куражиться. Все это Бадякин, несмотря на хмель, отлично смекнул. И потому пошел на перемирие.
– Мужики, вы это того… – опустив автомат, произнес он. – Психанул я! Как понял, что Нинка от меня сама удрала, так и распсиховался. И главное дело, к кому сбежала! К козлу этому паршивому, который в вашем доме живет!
– Кто?
– Кто-кто! Олег!
