— Пока нет, — таинственно отвечает отец, вставая и на глазах буквально превращаясь в Главного Надзирающего.
И осанкой, и выражением лица, и блеском глаз.
— Мы примем Его Высокопревосходительство в большом зале! — отдает он распоряжение женщине, которая буквально лучится счастьем.
— Слушаюсь! — подобострастно и радостно реагирует она, уходя, предварительно сделав еще один поклон.
— Я ее боюсь, — шепчет мама папе.
Только сейчас я обращаю внимание на то, что мама в милом голубом домашнем платье и с высокой прической, украшенной крупными жемчужинами.
— Не бойся! Марго воспитала меня и управляет этим домом уже пару сотен лет, — смеется отец, ласково гладя мамину руку. — Она любит меня и всех, кого люблю я. Еще будешь по дому бегать от нее и ее внимания. Надо приготовить Любу… Николетт к встрече. У жениха терпение на исходе.
Точно! Я же Николетт… Мне нужна моя Великая Книга Имен Империи.
— Победительница народов, — нежно потрепав меня по щеке, говорит отец и, глядя на мои удивленно поднятые брови, добавляет. — Я не читаю твои мысли. Стараюсь быть деликатным.
— Мама! — встаю я с постели, заботливо поддерживаемая руками родителей. — Ты когда узнала?
— Что папа… из другого мира? — она легко догадывается, о чем я спрашиваю.
— Угу… — бормочу я, качнувшись от головокружения.
— Узнала раньше, чем ты родилась. А поверила, когда ты родилась, — отвечает она, снова поддерживая меня. — Сергей… Твой отец рассказал мне… Я была напугана. Не верила. Думала, что вышла замуж за сумасшедшего, за маньяка.
— Бегала от меня по городам и весям! — хохочет отец. — Беременная убежала, представляешь?!
— Представляю… — бормочу я. — Я вообще теперь всё могу себе представить. Я здесь столько пережила!
— Родная наша! — мама крепко меня обнимает. — Мы хотели тебя подготовить, но не успели…
— Елена успела раньше, — говорит отец.
— Она теперь Императрица? — вспоминаю я. — Она меня укокошит!
— Не укокошит! — улыбается отец. — Она вернула себе любимого мужчину. Она счастлива.
— И она Sorcière! — вспоминаю я. — Не я — она!
— Она больше не Sorcière, — подав маме платье, видимо, для меня, рассказывает отец. — Sorcière, вышедшая замуж не за Решающего, становится обыкновенной бессмертной.
— Обыкновенной бессмертной? — поражаюсь я. — Ничего себе обыкновенность!
— У нее такая сложная и несчастная судьба! — добавляет мама, совершенно меня раздражая. — Если бы ты только знала, сколько бед она пережила!
— И знать не хочу! — я возмущена несказанно. — Она меня заставляла. Она мне угрожала. Она хотела вас всех уничтожить!
— Она мстила и боролась за свою любовь, — говорит отец. — Да. Методы выбрала жестокие, но… Поверь мне, она никому из нас не причинила бы вреда.
— Ага! — тут же злорадно соглашаюсь я. — Просто уничтожила бы Империю вместе со всеми нами!
— Не уничтожила бы, — отрицает отец. — Но хотела. Ты права.
— Ты всё-всё знаешь? — недоверчиво спрашиваю я. — Кошмар, какой груз!
— Почти всё, — кивает отец. — Но не так, как тебе кажется. По-другому. Многовекторно. Многовариантно. Альтернативно. И никогда не знаешь, какой вариант случится и случится ли вообще. Но многое, очень многое скрыто и от меня. Иначе я был бы Творцом, а не каким-то Надзирающим.
— Нам столько надо тебе рассказать! — мама гладит меня по спине, как в детстве, заставляя расправить плечи и поднять подбородок. — Ты обязательно узнаешь нашу с папой историю. Она очень… занимательна. Но это вопрос не одного дня, не одного месяца… Раньше говорить с тобой было бы бессмысленно… Это сюжет для романов, которые твоя подружка запоем читает.
— Полинка! — восклицаю я. — Что с ней?
— Она в нашем… том мире, — успокаивающе говорит отец. — Не волнуйся! С ней всё проще. Она была ко всему подготовлена, благодаря своему увлечению и святой в него вере.
— Но она там, не здесь, — возражаю я. — Она там совсем одна. Ее сочтут сумасшедшей.
— Не волнуйся напрасно, — мама настойчиво тянет меня за огромную ширму. — Надо переодеться, дорогая! У нас прием.
— Это комната великана? — спрашиваю я, поражаясь не только размерам кровати, ширмы и секретера, но и ваз, диванов, кресел и всей остальной мебели в этом… зале.
— Это моя детская! — смеется отец. — Ты еще сам дом не видела!
— Это твой дом? — удивляюсь я, хотя… чему удивляться.
— Да, — отец смеется снова. — Я в нем родился, рос, воспитывался, принимал Их Королевских Величеств и Его Императорское Величество. Здесь хранилось Абсолютное Знание.
— Хранилось? — переспрашиваю я. — А где оно сейчас?
— Оно закрыто мной перед перемещением в мир твоей матери, — печально вздохнув, отвечает он. — Спасая Империю, я вынужден был закрыть его заговором, не имеющим обратной силы. Даже для меня.
— И что теперь?! — этот вопрос я выкрикиваю уже из-за ширмы, куда настойчивая мама меня увлекает. — Как его вернуть, Знание это?
— Эта часть истории Империи для меня закрыта, — вздыхает отец. — У меня есть предположение, но оно, скорее, надежда, а не знание. На данный момент Империя в сложном положении…
— Она всегда в сложном положении! — ворчу я, помогая маме одевать на меня многочисленные нижние юбки. — Сколько я ее знаю…