Император продолжает стоять на коленях перед Еленой и никак не реагирует на слова моего отца.
Будто услышав наш молчаливый диалог, Император резко поднимает голову и встречается взглядом с Еленой. Отчетливо вижу, что она хочет отвести свой взгляд, но не может этого сделать.
Алтарь начинает гудеть, дрожь проходит по полу, стенам, потолку и телам людей в Храме. На наших глазах происходит чудо: радужная оболочка Елены окрашивается в зеленый цвет. Глубокий. Малахитово-травяной.
— Время! — голос отца.
— Назовите свои имена перед Магмой и Тьмой! — торжественно произносит Король Базиль.
— Я Раймунд. Император Земли Ламмерт. Правитель трех Королевств! Беру эту женщину в жены…
— Нет! — кричит Елена, сумев оторвать свой зеленый взгляд от его, сумасшедше горячего. — Нет! Не будет этого! Не прощу! Не…
— Я Раймунд. Император Земли Ламмерт. Правитель трех Королевств. Беру эту женщину в жены, даже если она против! — громко, резко, решительно произносит Император, обнимая Елену и зажимая ее рот рукой.
Публика в шоке. Короли довольны. Фиакр бледен. Он не отводит взгляда от Алтаря. Дрожь Алтаря и всего вокруг усиливается многократно.
— Если она против, ничего не получится, — напоминает Надзирающий. — Алтарь вас не примет!
— И даже если она согласится, нет никакой гарантии, что она скажет правду о своем имени, — злорадствует Бернард. — А я вам всем напомню, что церемонию может провести только сам Император или я. А я этого делать не буду! Своими руками погубить собственную Империю! Опять попасться на уловки этой… этой…
Елена стоит, прижатая спиной к груди Императора, мыча и вращая потрясающе красивыми зелеными глазами. Что там отец говорил про многовариантность событий? А что там с многовариантностью Колдуний и Решающих? Просто матрица какая-то…
— Назови свое имя! — ласково говорит Раймунд Елене. — Все разговоры и ссоры потом… Решающий и его Sorcière без этого не смогут венчаться. Мы первые, дорогая! Я искал тебя и ждал тебя столько лет!
Зеленые озера наполняются слезами, которые текут по щекам Елены и тыльной стороне ладони Императора. Рука его краснеет.
Ладно… Потом разберусь, если выберусь…
— Девушка не хочет! Вы ее принуждаете, впрочем, как и меня! — громко говорю я, перекрикивая шум испуганной толпы.
— Она сейчас уничтожит нашего Императора! Как вы все не понимаете! — стенает Бернард.
Он мечется между Фиакром и Императором.
Смотрю на лицо Фиакра, и почему-то сжимается сердце. Вижу, как ему трудно. Меня охватывает непреодолимое желание помочь ему. Помочь немедленно.
Что за люди! Они сейчас и свою Империю угробят, и Императора, и то ли Последнего, то ли Предпоследнего Решающего! Не знаю, насколько хорошо они знакомы с этой… Еленой, но от этой стервы можно ожидать чего угодно! Почему-то же она хотела уничтожить Империю, узнав имя Решающего.
— Ее зовут Елена! — кричу я в отчаянии. — Елена!
Из-под Алтаря вырывается зеленый туман, мгновенно распространяясь по мозаичному полу Храма.
Глаза Елены расширяются. Слезы мгновенно высыхают.
— Властью данной мне при рождении я объявляю себя и Sorcière Елену мужем и женой! Да будет вечна Магма! Да победит она Тьму!
Император убирает руку с губ Елены и целует ее долго, крепко, настойчиво. Она обмякает в руках Раймунда и почти теряет сознание.
Дрожь прекратилась. Алтарь остыл. Туман исчез, как не было.
— Что с ней?! — не своим голосом кричит Император.
В его голосе паника и страх.
— Всё в порядке! — успокаивает его Надзирающий. — Сейчас она придет в себя! Поздравляю вас!
Их Королевские Величества радуются, как дети. Хлопают друг друга по плечам. Улыбаются.
Испуганное восклицание дам возвращает мой взгляд к Фиакру. Тот в бессилии опускается на одно колено, не позволив себе упасть, и, подняв руку, запрещает к себе подходить.
— Помогите ему! — кричу я всем этим радостным людям вокруг. — Ему плохо!