Лицо Кисара было так близко, что наклонись он чуть ниже, и его губы коснутся моих. Резко вспомнился их вкус и то, какими они могут быть: ласковые, жадные, властные. Взгляд непроизвольно сместился на них, и я застыла, борясь с желанием коснуться их. Кисар сделал едва заметное движение в мою сторону. Но затем, к моему разочарованию, резко отстранился и глянул на экран.
— Скидывай все мне. На сегодня у тебя осталось последнее дело, потом можешь отдыхать.
Да ладно? А ведь до полуночи еще два часа. Невиданная щедрость! И пока я пыталась удержать в себе наполненные сарказмом слова благодарности, Кисар прошел к кровати и начал быстро раздеваться. Это что еще за новости? Какое он там мне дело удумал? Ага! Пусть губу закатает.
Но мужчина молча разделся до нижнего белья и аккуратно сложил вещи в стопку. И словно не замечая моего смятения, смешанного с возмущением, повернулся ко мне и сказал:
— Я в душ. Одежду нужно в чистку и обратно. Сама найдешь, как туда дойти?
Заторможенно кивнула. Фух! Это всего лишь стирка. И кому тут стоит губу закатать? Чертыхаясь на себя за непозволительные мысли и легкое, почти незаметное разочарование, я пыталась оторвать взгляд от широкой спины мужчины, с которой на меня скалился нарисованный монстр.
Нужно забыть наши прошлые отношения. Он не Прохор. Того вообще никогда и не существовало. От этой мысли повеяло легкой грустью, и я печально выдохнула. Ведь тот мужчина мне нравился. Обаятельный сосед, нежный любовник и надежный защитник. В его объятиях я чувствовала себя хрупкой девушкой, которую от всех невзгод прикроет этот сильный мужчина и подарит ласку. Странно, что сейчас вдруг у меня появились такие мысли. Наверное, потому что Прохора я знала хотя бы пару дней, а скрывшийся за дверью Кисар пугал неизвестностью и не вызывал желания познакомиться поближе.
Я встала и в задумчивости вышла из каюты. Помещение для чистки обнаружила быстро, и уже через двадцать минут под внимательным взглядом Кисара укладывала чистую одежду в шкаф. Неожиданно осознала, что сегодня я действительно очень устала. День был весьма непростой. Одни переговоры с Кисаром чего стоили.
— Можешь идти, — поторопили меня.
Да я и сама с большой радостью покинула бы каюту, но оставался еще один вопрос. И я обратилась к Кисару:
— Какой у нас маршрут? Я бы хотела на ближайшей станции кое-что продать. И еще с дедушкой связаться.
Даже не подняв на меня взгляд от экрана, Кисар быстро ответил:
— Станция Зильс. Дальше пока не знаю. И, Ася, — Кисар резко вскинул голову и устремил на меня угрожающий взгляд: — очень не советую впутывать в свои проблемы деда.
Мысленно скривилась от бессильной злости. Чего уж тут неясно? Подвергать дедушку новой опасности я не планировала.
— Поняла. Спокойной ночи, Кисар, — насколько смогла миролюбиво сказала я.
Не дожидаясь ответа, поспешно скрылась за дверью, не услышав тихое:
— И тебе, Ася.
В своей каюте я долго сидела на кровати, не включая освещение. Мысли неуправляемо крутились, вызывая приступы паники, но я рубила их на корню, не давая впиваться в мой разум и прорастать сомнениями и эмоциями. Все решу. Просто нужно немного времени.
Чтобы успокоиться, вывалила все содержимое чемодана и полок на постель. Стоит решить, что из этого я могу продать. Деньги выручу не сильно большие, но это лучше, чем ничего. Буду надеяться, что недавнее попадание моей эксклюзивной марки на самую крупную торговую площадку добавит ей хоть немного стоимости. Ведь в основном я носила одежду собственного пошива, не желая быть сапожником без сапог.
Аккуратно сложила все в топку, оставив себе лишь самые простые и удобные вещи. Не смогла только расстаться с одним из платьев. Я его шила сама, но так ни никуда и не надела. Темно-синее, с высоким разрезом на бедре. При движении оно переливалось благородным стальным отливом. В тон к нему у меня имелись и новенькие туфли. Когда собирала вещи для побега, не удержалась и взяла их с собой. И теперь рука не поднялась отложить их на продажу.
Если с одеждой я провозилась довольно долго, то с украшениями все было проще. Я их не очень любила и поэтому покупала редко. А Оскар не утруждал себя такого рода подарками. Рука сама потянулась к тоненькой цепочке, на которой висел аккуратный цилиндр. Холодный металл лег в ладонь, и на душе растеклась тоска. Оскар, Оскар. Ну зачем ты во все это ввязался? Несмотря на наши с ним разногласия и всю злость на него, я сильно переживала из-за его смерти. И лежавшее на ладони украшение откинуло меня в воспоминаниях на несколько лет.
Мы были так молоды, горячи и беззаботны. Когда Оскар, словно ураган, ворвался в мою скучную жизнь, меня закрутило как осенний лист при порыве ветра. Мы тусовались в шумных компаниях, совершенно не задумываясь о будущем. Оскар знакомил меня с разгульными вечеринками и азартными играми.
Вначале это было весело, необычно и так захватывающе. Голову дурманила безрассудная любовь, порой на грани помешательства. Горячая страсть и обжигающая ревность, скандалы и умопомрачительное примирение. Все это снесло напрочь мое девичье благоразумие.
