Скрыть своего довольного вида я не смогла, и Кисар с подозрением косился на меня следующие пару часов. Я же старалась не смотреть на него и не думать, какие чувства я испытываю к нему. Они переплелись в такой запутанный клубок, что я потеряла всякую надежду распутать его. Да и нужно ли было? Лучше выкину тот целиком. Порой проще выбросить, чем разбираться или чинить.
— Мы скоро покинем станцию? — спросила я.
Кисар сидел за столом все такой же собранный, каким я запомнила его в первые дни на корабле, и с упрямством копался в огромном отчете. Его крепкая рука зарылась в коротких волосах, и он раздраженно откинулся на спинку стула.
Под пронзительным взглядом хотелось провалиться сквозь пол. Он на меня злится? Но за что? Ой, да какая мне разница. Удивленно приподняла брови и не опустила взгляд, ожидая ответа.
— Через пару часов, — нехотя буркнул он.
— Куда потом?
— А что тебе это даст? — съязвил он, криво ухмыльнувшись.
Ох, как же эта моська нарывается, чтобы в нее чем-нибудь запустили. Я даже непроизвольно отвела глаза в поисках чего потяжелее. Но быстро одернула себя. Нужно потерпеть совсем немного. А там…
— Да, есть — надменно ответила я. — Помнишь того обаятельного молодого человека, с которым я танцевала? У меня с ним вроде как свидание намечается. Хотелось бы знать, в какой сектор мы летим.
Про Романа я, конечно, слегка преувеличила — мы с ним всего-то несколько раз переписывались, и углублять это знакомство я не сильно-то и хотела. Но видя зло прищуренный взгляд Кисара, меня прямо-таки обуяло страстное желание пойти на свидание с тем мужчиной.
— Не думаю, что у тебя будет много времени на общение с ним, — быстро скрыв раздражение, обманчиво спокойным голосом ответил он.
— Отчего же? — наигранно удивилась я. — Шесть часов в сутки у меня есть. И как удачно, что они ночные.
Я широко улыбнулась и заговорщицки подмигнула ему. Лицо Кисара слегка перекосило, но он быстро взял себя в руки. Ловко встал со стула и со звериной грацией медленно двинулся в мою сторону. На его губах появилась уже знакомая мне обольстительная улыбка. Опасная, хищная, но такая притягательная.
От неожиданно обуявшего меня волнения пару раз судорожно сглотнула и заставила свои ноги замереть, а не нести меня со всей скоростью на выход. Я не дичь. И не буду убегать от него. Стараясь не смотреть ему в лицо, я устремила свой взгляд на широкую грудь. Та ровно вздымалась, словно приглашая погладить ее. Некстати вспомнила, какова она на ощупь, и как мои коготки впивались в нее в порыве страсти.
Кисар встал совсем рядом и густым бархатистым голосом заговорил:
— К чему такие сложности, Ася? Только скажи и тебе не придется подстраиваться под свободные часы.
Казалось, его вкрадчивый завораживающий голос проникает внутрь меня и тянет за непослушные струнки тела. Видимо, я ошиблась, считая, что он угомонился. Он все еще не против затащить меня в постель. И зачем я вообще затронула эту тему? Язык мой — враг мой.
Опять сглотнула, надеясь, что он не заметит моего смущения. Но неожиданно вспомнились слова дедули, и я смело вздернула свой носик, устремив взгляд в лицо Кисару. Выдавила из себя не менее обольстительную улыбку и томным тоном произнесла.
— Прости, Кисар. Но ведь мы с тобой уже все выяснили пару дней назад. Ты, как бы это сказать… — я театрально задумалась, подбирая слова. И спустя короткую паузу смело взглянула ему в глаза и заявила: — ты уже надкусанное пирожное. И, чтобы я решила тебя доесть до конца, мне необходим стимул. Его размер тебя не устроил. Так к чему это все?
Я небрежно обвела в воздухе его фигуру, оглядывая ее наглым взглядом. Выражение лица Кисара не сулило мне ничего хорошего. Похоже, я перегнула палку и через пару секунд меня насильно накормят упомянутым мною пирожным. Мужчина заметил едва скользнувший по моему лицу страх и предвкушающе улыбнулся. Ой, что сейчас будет?
Но тут раздался спасительный для меня вызов на его коммуникатор. Громкий, настойчивый, он не умолкал, отодвигая неминуемую расправу надо мной. Кисар долго игнорировал противный писк, не спуская с меня пронизывающего взгляда. Но не выдержал и, недовольно рыкнув, отошел к столу и рявкнул:
— Что?
— Прибыла Селеста, — прозвучал невозмутимый голос Джу.
Кисар, не удостоив его ответом, выключил связь и, подхватив коммуникатор, спешно направился к двери.
Проходя рядом, он слегка замедлился и окинул меня странным взглядом, в котором сквозило непонятное мне смешение чувств: раздражение и упрямство. И как это понимать? Кисар стремительно вышел, а я передернула плечами и направилась к столу. Ну его! Пойду лучше работать. Отчеты сами себя не доделают.
Селеста оказалась той самой пассажиркой, которую мы столько дней ждали, и для кого с такой тщательностью Кисар заставлял меня готовить комнату. Они зашли в каюту капитана спустя десять минут после нашего с ним незаконченного разговора. И только я ее увидела, то сразу поняла, почему он так старался.
