— А вдруг получится? — ощупывая пояс, спросил Зубарь.
— Тогда я отпущу кнопку. И все.
— Кому?
— Только тебе. Направленный взрыв перережет тебя пополам. А мне придется отстреливаться.
Свободной правой рукой Слава достал из-за пояса трофейный «ИЖ».
— С этой штукой не отобьешься.
— А мне уже все равно.
Зубарь попробовал снять пояс.
Слава хмыкнул и заявил:
— Бесполезно. Ключ от пояса в яйце. Яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке. Помнишь?.. Это не сказка. Во всяком случае, для тебя.
— Ты блефуешь! — сказал Зубарь, пристально глядя Славе в глаза.
Каретников справился с психологическим натиском, не дрогнул.
— Отпустить кнопку? — спросил он, изображая смирение перед судьбой.
Если Зубарь погибнет, то ему самому отсюда не уйти. А жить всем хочется. Слава смог донести до клиента этот мысленный посыл.
— Чего тебе надо?
— Ты меня ищешь? Вот и нашел. С кем ты сейчас говорил? С моей сестрой что сделать собрался?
— Ты не так все понял.
— Так что, едем за ключом? — спросил Слава.
— Куда?
— В лес.
Дверь открылась, в кабинет вошла Зойка с подносом, на котором дымилась чашечка кофе, увидела Славу и застыла в недоумении.
— А мы уже уезжаем! — сказал Каретников, подмигнул ей и выразительно посмотрел на Зубаря.
Тот подавленно кивнул, заставил себя подняться.
— За кофе спасибо! — Слава сунул ствол за пояс и смахнул с подноса чашечку.
— Антон Романович!.. — Секретарша захлопала глазами.
— Нормально все, — выдавил Зубарь.
— Мы сейчас уедем, а вы постарайтесь никому ничего об этом не говорить, — сказал Слава и взглядом показал на пульт в руке. — А то вдруг плохие парни начнут стрелять. Тогда я отпущу кнопку.
Секретарша глянула на пояс, надетый поверх рубашки босса. Тот кивнул, подтверждая ее догадку.
— Если убьет, не страшно. А вдруг взрыв просто оторвет хозяйство? Придется тогда Антону Романовичу мужика со стороны нанимать. У него секретарь будет. Шагай!
Черный джип стоял неподалеку от запасного выхода. Рядом никого не было, но стоило Зубарю сесть за руль, как из-за угла здания выскочили два парня в униформе. Они на ходу доставали пистолеты.
Слава заблокировал дверцы еще до того, как Зубарь завел двигатель, и приказал:
— Поехали!
Парни вплотную подошли к машине, но Зубарь отрицательно мотнул головой и стронул джип с места.
У выезда Слава увидел других охранников с одинаковыми дробовиками без прикладов. Ворота были закрыты, но Зубарь дал команду выпустить машину. Ослушаться никто не посмел. Наверное, секретарша уже успела сообщить им, каким аксессуаром к одежде обзавелся их босс.
Зубарь сказал парням, чтобы они не ехали за ним. «Хвоста» за машиной и в самом деле не было. Это показалось Славе странным. Возможно, автомобиль был оборудован спутниковой сигнализацией, и его можно было отследить через радиомаячок. Впрочем, Каретников и не собирался продолжать путь на внедорожнике.
«Четверка» стояла неподалеку. Слава заставил Зубаря сесть за руль, сам устроился рядом.
— Палец уже онемел, — пожаловался он, когда машина тронулась.
— Так сними его с кнопки. — Зубарь вымученно усмехнулся.
— Все-таки жила в тебе мыслишка, что это был блеф. Я тоже этого хотел бы. Но есть во мне одна странность. Я не умею шутить, все воспринимаю всерьез.
— Я тоже.
— Поэтому ты разрешил похитить и изнасиловать мою сестру.
— Я же говорю, ты не так понял, — сквозь зубы выдавил Зубарь.
— Но сначала ты похитил мою невесту.
— Я ее не похищал!
— Ну да. И Рухлов — не твой человек.
— Кто такой Рухлов?
— Здесь сверни!
Зубарь послушно заехал во двор жилого дома, развернулся и остановился. Слава заглушил двигатель и вытащил ключ из замка зажигания.
— Ты что делаешь? — Зубарь сглотнул слюну, чтобы промочить горло, пересохшее от волнения.
— Палец устал. Я на всякий случай выйду. А то вдруг расчет неправильный сделал. Как бы вместе с тобой на воздух не взлететь.
— Я и правда не знаю, кто такой Рухлов. Ладу похитил не я.
— А кто?
— Есть один человек.
— Кто такой?
— Я не могу сказать.
— Хоть что-то буркнул, и то хорошо. Поехали. — Слава вставил ключ в замок зажигания.
Зубарев завел машину и выехал со двора.
В лесополосе, тянущейся вдоль проселка, все спокойно. Машины ездят редко, людей не видно. Птицы поют, перестреливаются.
— Держи! — Слава протянул жертве обмана ключ и вышел из машины.
Зубарь отстегнул пояс, выскочил из «четверки» и отбросил его далеко от себя.
Только тогда Каретников отпустил кнопку на пульте.
— Ой!
— Я так и знал! — заявил Зубарь.
— Ты не сказал мне, кто похитил мою Ладу.
— Тот, кто ездит на «Мерседесе».
Руки у него развязаны, а пистолет у Славы за поясом. Пока тот его достанет…
Зубарь обозначил удар ногой, но в ход пошла рука. Удар у него быстрый, мощный. Каретников едва ушел от него.
Зубарь ударил снова. И на этот раз его рука рассекла воздух.
— Кто этот человек? — спросил Слава.
— Сейчас…
Зубарь готовился атаковать в очередной удар, но Каретников пошел на опережение. Двойка в голову и в корпус, подсечка, и Зубарь оказался на земле. Тут же последовал удар на добивание — локтем в «солнышко», в падении.
Сознание Зубарь не потерял, но боль не отпускала его долго.
— Я буду бить тебя, пока не прикончу, — спокойно сказал Слава.
