— Представляешь, как Славе все расскажешь?
— Когда я про тебя что рассказывала? Я же в курсе, что ты с Леоном ночь провела. Слава об этом узнал?
Лада провела с Леоном вечер в ресторане. Потом он хотел повести ее к себе, похвастаться своим особняком. Но Лада отправилась домой. Ксюха этого не видела, могла придумать все, что угодно.
— А разве нет?
— Нет!
— А с этим?.. Вчера?
С Эдиком у нее было. Она не могла этого отрицать, да и оправдываться перед Ксюхой не хотела.
— Иди, расскажи все Славе! Порадуйтесь вместе!
— Ничего я рассказывать не буду, — насупленно сказала Ксюха. — Но пойду. А ты выздоравливай.
— Да пошла ты!..
Ксюха ничего не сказала, но Лада все равно выплеснула ей в спину:
— Сука!
Лада вскоре успокоилась. Но мысль о том, что Слава живет с Ксюхой, крепко засела в ее голове.
Винников яростно молотил грушу, но Славу это ничуть не пугало. Он не боялся его ударов, сам пребывал в отличной физической форме и мог ответить достойно, если вдруг что.
Но все же лучше не попадаться Винникову на глаза. Надо глянуть на него и затаиться в ожидании. После тренировки Винников пойдет в душ через раздевалку. Там в шкафчике уже лежит пистолет. Как только представится момент, Каретников приведет в исполнение свой приговор.
Винников остановился, развел руки по кругу и опустил их, восстанавливая дыхание. А Слава вдруг увидел Зубаря. Бандит стоял перед ним в Терлецком парке и криво усмехался. Потом ночь осветила вспышка выстрела.
Слава заметил, что Винников смотрел на него, но не отреагировал. Он видел перед собой бандита, который раздевал его сестру, выстрелил в него в упор, тут же убил второго.
Каретников стоял не двигаясь. Веник шел к нему, на ходу подзывая своих людей. Слава смотрел на него, а видел бандитов, которые шли через лес к дачному домику. Он убил одного, другого. Тут же грехом на его душу лег и третий труп.
Парень мотнул головой, пытаясь привести мысли в порядок. Война осталась там, в Чечне. Он вернулся в мирную жизнь, где нельзя убивать людей без суда и следствия. Здесь есть закон. Не удивительно, что Лазарев отвернулся от него. Слава вернул ему дочь, оттащил его самого от края пропасти, но так и не стал своим. И Ладу от него прячут, и на работу не берут. Все потому, что он — убийца. Не герой, а преступник.
Не должен он убивать Винникова. Надо уходить.
— Вот мы и встретились, — сказал Семен, остановился перед ним, зловеще сощурился.
— Я пойду. — Слава сделал шаг назад, но сильный толчок в спину остановил его.
Это клуб Веника, здесь его люди. Они окружили Каретникова со всех сторон, выхода у него не было.
— А приходил зачем? — осведомился Веник.
— Да так.
— Хотел узнать, как я твою Ладу трахал?
Кровь ударила Славе в голову, злость вымыла из сознания шелуху покаянных побуждений. В ушах зашумели штормовые волны. Но сосредоточиться парень не успел. Веник ударил его быстро, мощно. Перчатки у него маленькие, жесткие. Ощущение было таким, как будто в голову врезалась рельса с валенком на конце.
Слава упал, стал подниматься, но Веник ударил его коленкой в лицо. Закрыться Каретников не успел и снова оказался на полу.
Веник бил его, пока не устал. Быки стояли рядом и улюлюканьем встречали каждый удачный удар.
Слава с трудом поднялся с пола. Лицо разбито вдрызг. Нос сломан, губы как плюшки с кровью, вокруг глаз все пульсирует и распухает. Но самое страшное — это туман, кружащийся, качающийся в голове. Трудно будет отразить удар. Даже невозможно.
Но Веник не бил.
— А может, это Лада твоя меня трахала? — наслаждаясь своим могуществом, глумливо проговорил он. — Она под кайфом такое вытворяла!.. — Семен поднес ко рту кулак и языком оттопырил щеку.
— Мразь! — пробормотал Слава.
— Что ты сказал? — Веник приложил к уху раскрытую левую ладонь, правую сжал в кулак и нанес удар.
Он уже не верил в способность противника ответить, поэтому и решился атаковать из неудобного для себя положения. Такой удар Слава смог отразить. Он поставил блок, открыл противника и ответил ему по всей форме. Жесткая подушка ладони под углом, снизу вверх воткнулась в нос и продолжила движение, сминая плоть, ломая хрящи. Веник упал на пол как бревно, с глухим объемным стуком.
Над ним склонился какой-то громила, приложил пальцы к шее, осатанело глянул на Славу и заявил:
— Он его убил!
Эта фраза подействовала на толпу как команда «фас». Слава получил удары в спину и по ногам.
Он упал, но тут вдруг послышался грозный окрик:
— Стоять! Милиция!
Быков это не остановило. Каретников пропустил несколько чувствительных ударов, прежде чем прозвучал выстрел. Только тогда толпа расступилась и Слава смог подняться.
Но радоваться было рано. Милиционеры спасли его от расправы и взяли под стражу. Он действительно убил Веника.
Родной дом. На книжной полке плюшевый мишка с шариками в руке. На стене плакат, на нем надпись разноцветными буквами: «С возвращением, родная!» Очень мило и трогательно.
Лада повернулась к маме, обняла ее. На глазах дочери выступили слезы.
— С возвращением, родная! — Мама нежно провела рукой по ее спине.
Лада подошла к шкафу, взяла мишку, обняла его и вместе с ним села на диван.
