Это письмо показываетъ, что Циммерманъ, Фейрисъ и К°, не только товарополучатели груза Давидсона (не забывайте что онъ лѣсопромышленникъ), но что они находятся съ нимъ въ болѣе тѣсныхъ отношенiяхъ, такъ какъ онъ старается сдѣлать имъ услугу и отправитъ къ нимъ еще и чужiе грузы. Изъ этого можно заключить, что Давидсонъ въ Нью Iоркѣ, Джонъ Фейръ и К°, въ Лондонѣ и Циммерманъ, Фейрисъ и К°, въ Буэносъ-Айресѣ, всѣ сообща занимаются лѣсопромышленностью и всѣ прикрываютъ себя лондонскимъ домомъ; или же, что Давидсонъ одинъ ведетъ торговлю, или въ компанiи съ домомъ Циммермана, Фейриса и К°. Во всякомъ случаѣ грузъ подлежитъ взятiю въ плѣнъ, такъ какъ погруженъ торговымъ домомъ, находящимся на непрiятельской территорiи. Судно и грузъ взяты.
Неудобства морской службы. — Упорная погоня. — Взятiе въ плѣнъ. — Освобожденiе на выкупъ. — Шквалы съ дождемъ. — Роскошь. — «Morning Star». — Нейтральный грузъ. — «Fairhaven». — Айно на сторожѣ. — Чарльсъ Гилль. — Нора. — Пожаръ на водѣ. — Коммерческая мораль. — Луиза Гатчъ. — Черный алмазъ. — Погрузка угля в морѣ сопряжена съ затрудненiями. — Фернандо де Норанга. -
Капитанъ Куперъ призоваго судна, его жена и два племянника не долго гостили на Алабамѣ. Еще горящiе остатки судна не успѣли скрыться изъ вида, какъ съ Алабамой поравнялся англiйскiй баркъ, который, послѣ недолгихъ переговоровъ, согласился взять къ себѣ всѣхъ плѣнныхъ для доставки въ Англiю.
Послѣ этого протекъ довольно большой промежутокъ времени безъ всякихъ происшествiй; одинъ англичанинъ былъ единственнымъ судномъ, встрѣченнымъ Алабамой за этотъ перiодъ, да еще погода разсѣявала немного несносную монотонность безплоднаго плаванiя, если только можно считать штормы и шквалы развлеченiемъ.
«Штормъ все продолжается», пишетъ Семсъ, отъ 11 марта. «Вѣтеръ ONO. Вотъ уже четыре дня, какъ насъ качаетъ и валяетъ; вѣтеръ свиститъ въ снастяхъ и не даетъ ни днемъ, ни ночью покоя. Морская служба съ каждымъ днемъ становится для меня тяжелѣе и тяжелѣе. Я достигъ уже такого возраста, когда человѣку необходимо спокойствiе; но, что дѣлать, пока война продолжается я долженъ служить моему отечеству, я не смѣю и думать объ отдыхѣ. Буду надѣяться, что скоро она кончится. Непрiятель, по всѣмъ признакамъ, недалекъ отъ пораженiя. Справедливое Провидѣнiе неминуемо накажетъ этихъ преступныхъ фанатиковъ, которые ведутъ съ нами жестокую и несправедливую войну, приводящую въ изумленiе всѣ нацiи на землѣ. Невѣрiе и злоба, въ какомъ бы видѣ они не проявлялись, всегда ведутъ за собой гибель; всѣ штаты янки еще постигнетъ праведный судъ Божiй; они, должно быть, забыли о немъ, предпринявъ нечестивый походъ на южанъ.
12 числа Алабама была въ 14° отъ экватора, но погода была такъ холодна, что команда еще не снимала шерстянаго платья и спала подъ нѣсколькими одѣялами. Небо не переставало покрываться густыми массами сѣрыхъ облаковъ, разражавшихся по временамъ мелкимъ дождемъ. Вѣтеръ упорно дулъ по прежнему направленiю. Барометръ, постепенно падавшiй до 14 марта, достигъ наконецъ въ этотъ день 29,96 чего никогда еще не случалось въ области пассатовъ.
Ночь на 13 марта немного разсѣяла долговременную тоску Алабамы. Ровно въ полночь съ салинга часовой крикнулъ: «судно близко видать!» и не болѣе какъ черезъ пчть минутъ она подошла къ нему на такое разстоянiе, что могла вести переговоры. Судно было большое и правило бейдевиндъ, на NW.
«Какое вы судно?» раздалось изъ рупора, съ Алабамы. Отвѣта не было. Повторили снова окликъ, но опять отвѣта нѣтъ. Судно продолжало лежать своимъ курсомъ, не обращая ни малѣйшаго вниманiя на окликъ. Его громадный корпусъ скрывался и понимался на волнахъ, въ то время когда оно проходило по борту, на такомъ близком расстоянiи, что можно было его зацѣпить крюкомъ; еще моментъ и оно пронеслось впередъ и исчезло, подобно призраку, который обыкновенно скрывается, лишь только къ нему обрашаются съ вопросомъ.
Алабама сама такъ хорошо ходила, что могла бы заставить привести самаго легкаго на ходу голландца, который осмѣлился бы пройти и не отвѣтить на окликъ. Не успѣли еще замереть звуки втораго оклика, какъ было скомандовано: «всѣхъ на верхъ, приводить!» Живо былъ положенъ руль подъ вѣтеръ, и носъ Алабамы покатился по тому направленiю, въ которомъ скрылся незнакомецъ. Она отдала рифы у марселей и, подобно борзой собакѣ, гоняющейся за зайцемъ, понеслась въ погоню.
Въ то время какъ Алабама прибавляла парусовъ, незнакомецъ успѣлъ опередить ее на три мили и упорно продолжалъ идти старымъ курсомъ. Отличныя мореходныя качества Алабамы всего краснорѣчивѣе оказались въ этой погонѣ. Черезъ три часа она была въ нѣсколькихъ футахъ отъ незнакомца и однимъ хоостымъ выстрѣломъ заставила его лечь въ дрейфъ.
