Началось все с проведения советским цирком своего праздника. Галина Брежнева, Наталья Щелокова и артистка Лариса Пашкова нарядились на прием в самые лучшие свои бриллианты. Однако перещеголяла всех семидесятилетняя дрессировщица Ирина Бугримова. Бриллианты из ее фамильной коллекции были просто фантастически красивы — многие из них находились на специальном учете.
Как известно, история всех крупных коллекций драгоценностей рано или поздно свидетельствует о их похищении. Эта тема, взятая их реальной жизни, успешно кочует по страницам романов, возбуждая воображение читателей невероятной хитроумностью похитителей и ловкостью сыщиков.
Одним из довольно громких дел в советской уголовной хронике стало дело о похищении коллекции драгоценностей Давида Ойстраха. Пострадала от похитителей и коллекция драгоценностей и редких картин, принадлежавшая некогда Алексею Толстому, а затем перешедшая во владение к его жене Людмиле. А произошло это после того, как на приеме в румынском посольстве она рискнула показаться с редкой по красоте французской брошью с огромным бриллиантом. Через несколько дней в ее квартиру вошли трое грабителей представились работниками литературного музея и связав вдову и домработницу профессионально очистили квартиру. К счастью, это дело удалось раскрыть, однако многие драгоценности были уже распроданы, но кое-что удалось вернуть вдове. Французская брошь найдена не была.
Подобные дела в те времена особенно не афишировались О них мы узнаем только сейчас, и то имея весьма отрывочные сведения.
Не обошла участь сия и Бугримову. В канун нового 1982 года к ее дому подъехала машина. Прилично одетые люди попросили у дежурного по подъезду разрешения оставить подарок для любимой артистки Несмотря на то что ее самой дома не было, привыкший к странностям поклонников дежурный пропустил незнакомцев.
Посетители, однако, подозрительно долго не возвращались. Тогда дежурный решил сам проверить в чем дело. Поднявшись на этаж, где жила дрессировщица, он заметил оставленную у дверей елку и незапертый «черный ход». Дежурный незамедлительно вызвал опергруппу. Подошедшая вскоре Бугримова подтвердила, что все вещи на месте, кроме коллекции. Было очевидно: работу провели высококлассные специалисты, сумевшие проникнуть в квартиру, отключить сигнализацию, забрать коллекцию — и все это в кратчайшее время. Единственной их ошибкой было то, что они взяли именно коллекцию Бугримовой — коллекция имела столь высокую художественную ценность, что продать ее в стране было невозможно.
Оперативники установили свои посты во всех международных аэропортах и вскоре задержали гражданина, в одежде которого нашли три крупных бриллианта из разыскиваемой коллекции. Далее последовал арест всей банды.
Следственная группа действовала быстро, раскручивая все новые и новые связи бандитов. Одна из нитей привела их к Борису Буряце. Обыск, проведенный у него в квартире, укрепил подозрения следователей. Узнавший о сложившейся ситуации Юрий Чурбанов и пальцем не пошевелил, чтобы спасти «друга» жены, оно и понятно.
Сам Буряне не очень то беспокоился — привыкший при помощи Галины выходить из любых неприятностей незапятнанным, он облачась в дорогущую норковую шубу и норковые сапоги, направился в Лефортово, в следственное управление КГБ.
Допрос имел для Бориса печальный результат — его объявили арестованным. Борис тут же бросился искать защиты у Галины. Однако та была настолько возмущена, что даже не нашла что ему ответить. Разумеется, взятие под стажу Бориса повлекло за собой частое упоминание в протоколах имен Галины Брежневой и ее близких подруг (Щелоковой и Колеватовой), а их можно было вызвать на допрос только с санкции прокурора.
Непосредственным контролем за всеми этими событиями занимался первый заместитель председателя КГБ генерал С. Цвигун (свояк Брежнева). Он, по поручению Андропова, попытался обсудить сложившуюся ситуацию с Сусловым. Результатом этой беседы стало принятие Цвигуном ампулы с цианистым калием После его смерти газеты напечатали необычный некролог: под ним не стояли привычные ПОДПИСИ Брежнева, Суслова и т. д., а имелись подписи ставших широко известными в будущем Андропова, Горбачева. Устинова, Черненко.
Через несколько дней, не выдержав напряжения январских событий, от инсульта умер Суслов.
В то время, как тело Суслова предавалось земле, произошел арест Колеватова.
Москву будоражили слухи. Однако информация по делу Бориса держалась в строгой секретности, и никто не мог хоть вполуха или вполглаза узнать, что же происходит. Подогретые слухами иностранные корреспонденты хотели было получить фотографию Галины Брежневой, однако добыть им удалось только фото всей семьи.
Галину перевели на работу в архив МИДа и таким образом спрятали от глаз назойливых корреспондентов.
Вскоре после этих событий арестовали Соколова. При обыске на квартире и на даче было обнаружено огромное количество драгоценностей, полусгнивших упаковок с денежными купюрами.
