— Мы скоро выберемся отсюда, — негромко, но твердо сказал маг. — Осталось немного… помни об этом. Ни на секунду не забывай! — Он запнулся, словно сам пытался убедить себя в том, что забывать об этом не стоит; несильно, но ободряюще пожал Гэджу локоть. — Идем… налево, потом прямо и направо. Вперед.
Они опять двинулись вперед: медленно и не слишком уверенно, заставляя себя не идти — перемещаться в пространстве. Над Замком — где-то далеко, позади, за нагромождениями стен и неисчислимыми массивами камня — вновь родился протяжный завывающий вопль, исполненный… раздражения? ярости? злобной досады? — досады хищника, лишившегося уже загнанной в угол добычи. Волшебник что-то неразборчиво пробормотал в нос…
Гэдж остановился, пошарил рукой по бугристой поверхности стены, нащупал заросшее мхом углубление в камне — знак выхода. Наконец-то!
— Здесь дверь, — прошептал он.
Беглецы прислушались. Тишина. Снаружи, кажется, никого не было.
Гэдж осторожно нажал на камень-рычаг, и на этот раз он поддался без усилий, каменная плита медленно повернулась…
Впереди открылась затхлая пустота.
Это был какой-то тесный закуток, едва видный в полумраке: слева на полу поблескивала вода, направо уходил короткий коридор, и там, чуть в отдалении, на стенах обширного, не видимого в темноте помещения помаргивали факелы. Гэдж сразу узнал это место — по правую руку лежало тихое озерцо, напротив темнела ниша, в которой он прятался, спасаясь от преследователя, только трупа Шаваха здесь уже не имелось. Вот, значит, куда им повезло выбраться…
— Я знаю, где мы, — прошептал Гэдж. — Этот коридор ведет в Комнату-с-колодцем.
— Идем вниз, — отозвался Гэндальф.
В Комнате-с-колодцем все оставалось по-прежнему: каменное кольцо в центре помещения, рядом — наполненные водой ведра, деревянная плаха возле стены, множество расходящихся в разные стороны тоннелей. Гэндальф внимательно осмотрелся, выбирая нужную дорогу.
— Ты помнишь, куда идти? — спросил Гэдж с тревогой.
— Сюда. Этот коридор ведет к отводному каналу, — волшебник свернул в один из тоннелей. Все здесь было как обычно — пустые зарешетченные клети по сторонам прохода, выложенный битым камнем пол, мерцающий свет факелов, установленных на стенах. Но, пройдя вглубь коридора десятка полтора ярдов, Гэндальф остановился.
— В чем дело? — прошептал Гэдж. — Это не тот проход?
— Тот, — пробормотал волшебник. — Только…
— Что?
— Раньше здесь не было факелов. И вот этого — тоже, — Гэндальф смотрел на груду кирпичей, сложенную у стены. Рядом было прислонено металлическое корыто. — Посмотри-ка на пол, видишь струйку песка?
— У кого-то гульфик порвался?
— Здесь тащили мешки с песком, и один из них прохудился.
— Они ремонт там, внизу, затеяли, что ли? — пробормотал Гэдж.
— Похоже на то, — помолчав, сказал Гэндальф. — Отводной канал, знаешь ли, тоже надобно поддерживать в надлежащем состоянии.
Они спустились вниз по коридору еще на пару десятков ярдов — и откуда-то спереди потянуло ароматом болота, едкой сыростью и смрадом сточной канавы, смешивающейся с острым запахом горелого масла. Гэдж понял, что еще несколько шагов — и беглецы услышат доносящиеся снизу звуки: стуки лопат и заступов, чавканье черпалок, поскрипывания механизмов, гортанные голоса орков и «козявок». Идти дальше было опасно.
Орк невольно приостановился.
— Нас заметят, — сказал он. — Здесь мы не пройдем.
Гэндальф быстро обернулся к нему. Как будто ждал этой фразы.
— Надо… попытаться. Я не знаю другого пути.
Гэдж молчал. Какая-то мысль скользнула по дну его сознания, увертливая, как рыба, какое-то давнее воспоминание… Саруман что-то говорил насчет подземелий — там, в лекарской каморке, когда вернулся с орочьего праздника…
Гэндальф стоял, сгорбившись, втянув руки в рукава, как-то разом постарев лет на двадцать.
— Я не зову тебя с собой, Гэдж. Наверно, тебе и впрямь лучше вернуться. Здесь… гибельно.
— Постой…
— Что?
Орк насторожился:
— Кто-то идет.
Они прислушались. Позади, в темном тоннеле, отчетливо слышались чьи-то шаги, скрип деревянных колес, стук по камням грубых сапог — кто-то двигался вниз по коридору от Комнаты-с-колодцем. По стенам заметались блики желтоватого света — шедшие несли с собой факелы. Раздумывать было некогда; волшебник и орк метнулись в ближайшую открытую клеть, притаились там в темноте. Идущие тотчас показались в конце коридора: двое худосочных «козявок» толкали по неровному полу скрипучие тачки, нагруженные песком, щебнем и кирпичами. Их сопровождала пара уруков: один нес в руках корзину с каким-то инструментом, другой — охапку смоляных факелов.
«Козявки», тяжело отдуваясь, остановились посередь прохода — как назло, как раз неподалеку от той кельи, где, укрытые темнотой, прятались беглецы.
— Ну, в чем дело, что за заминка? — недовольно рыкнул один из уруков. — Завод закончился, куколки, пружинка сломалась? Подтолкнуть надобно?
