И чем, спрашивается, он отличается от остальных? Купить и затащить в постель!
От обиды на глаза навернулись слёзы. Глупая я. Влюбилась в Генриха по уши, а он всего лишь хочет со мной развлечься. Даже не намекает ни на какие серьёзные отношения! Ещё бы! Кто он, а кто я?
Или я его не понимаю? Маленькая, робкая надежда, как огонёк свечи, теплилась в моей душе.
— Генрих, а когда я стану свободной, ты сделаешь мне предложение? — тихо спросила я.
— Что?
От удивления глаза моего героя округлились. Нет, что я такого сказала? Значит, ему можно откровенно звать меня в кровать, а мне звать его в ЗАГС, или как у них тут называется, нельзя?
— Эльза! Конечно нет! Как тебе такое в голову пришло?
— Ну и пошёл ты!
Я толкнула стоящее рядом ведро, холодная вода выплеснулась на бархатный, расшитый серебром бархат камзола. От неожиданности Генрих отпрянул, а я спрыгнула с подоконника и выбежала из покоев.
Долго жалеть себя не получилось — госпожа Лера нашла мне новое задание.
— Ты вроде говорила, что умеешь готовить? — спросила она. — Надеюсь, вполне прилично? Продукты не испортишь и никого не отравишь?
— Не испорчу, — подтвердила я.
Чем возвращаться в уборщицы и опять встречаться с Генрихом, уж лучше я на кухне побуду. Тем более в эту кухню ему точно хода нет. Не пойдёт такой важный господин в служебное крыло дворца, нечего ему там делать.
— Заболела кухарка, которая готовит для прислуги, — объяснила госпожа Лера. — Сможешь её временно заменить?
— А много людей надо кормить? — испугалась я.
Во дворце же полно народу! Портнихи, вышивальшицы, уборщики, свечники-истопники и ещё много тех, кого я не знаю. Тут столовую открывать надо, а не кухарку брать.
Господа Лера меня успокоила — большая часть приходит во дворец работать и уходят в определённое время. Едят они дома. О своих слугах придворные заботятся сами, мне же надо приготовить простую еду на десять, максимум пятнадцать человек.
Правда, помощи мне не полагалось, потому что кухарка справлялась со всем одна.
Небольшая кухня оказалась на удивление чистой, а запас продуктов порадовал. Я-то думала, что придётся варить «кашу из топора», но мне даже мясо разрешили взять!
Мясо, кстати, здесь ценилось дешевле, чем мука и крупа. Делилось мясо на две категории — для господ и для всех остальных. Господа ели домашнюю и дикую птицу, свинину и говядину. Дичину употребляли только после удачной охоты, и то не всю. Совершенно не ценились потроха, а из туши вырезались исключительно филейные места.
Остальное отдавали в пищу холопам. Как в природе, распределение остатков происходило согласно статусу и физической силе. Самые лучшие куски забирали себе свободные слуги — те, кто не был крепостным. Потом шли конюхи, охрана и прочее мужское население понаглее. То, что оставалось, лежало сейчас передо мной в корыте — кости с небольшими кусочками мяса, жилами и жиром. Рядом — субпродукты, на которые никто не покусился.
— Где наша не пропадала, — заявила я сама себе, закатала рукава и принялась за дело.
Из костей я сварила хороший бульон. Крепкий, наваристый, даже мяско там было. Ливер отварила (бульон пригодится завтра на похлёбку), порубила, как могла, и поджарила с луком. Лука положила много — он здесь был дешёвым и считался пищей бедноты. Сделала простое тесто и испекла два большущих мясных пирога. Пока они подрумянивались, в кухню то и дело заглядывали слуги и удивлённо принюхивались.
— Что так пахнет, Эльза? У меня от запаха голова кружится! — спрашивали они.
— Скоро узнаете, — обещала я.
Пахло в самом деле замечательно. Впрочем, как может пахнуть свежайшее мясо, щедро сдобренное луком? Только очень вкусно.
Готовые пироги я разрезала на порционные куски. Довольно большие, кстати. Выдам каждому по плошке бульона и куску пирога. Чем не ужин?
Кормили нас всех вместе. Крепостные расселись за столом, получили свою порцию и молча принялись за еду, изредка поглядывая на меня.
Не поняла! Невкусно, что ли? Я пробовала, вроде всё хорошо.
Мои сомнения разрешила вошедшая в кухню госпожа Лера.
— Что это вы такое едите? — спросила она и заглянула в чугунок с бульоном. — Эльза, это ты приготовила?
— Я.
— Удивительно. Такой прозрачный и красивый бульон может готовить только королевский повар. А пироги с чем? Положи мне кусочек, уж очень вкусно пахнет.
Я хотела отхватить хороший кус пирога, но госпожа Лера замахала руками:
— Нет, нет, совсем немного! На один укус.
На один, так на один — я отрезала тонкий пластик.
— О, Сильнейший, там что — лук? — господа Лера внимательно рассматривала начинку. — Даже не знаю, решусь ли я это есть. От меня же потом неделю пахнуть будет!
— Не будет, — заверила я. — От жаренного лука нет запаха, только от свежего.
Госпожа Лера кивнула, съела кусочек и сказала с озабоченным видом:
— Недурно. Положи на тарелку нормальный кусок и налей бульона. Оставь эту порцию, потом я скажу, что с ней сделать.
Как же я была удивлена, когда узнала, что порцию госпожа приготовила для себя!
