Унижение, злость и досада овладели сердцем князя. И сейчас он чувствовал себя до крайности погано, осознавая, что еще никогда в жизни он не хотел так сильно заполучить желаемую женщину, и никогда так остро не понимал, что это ему не удастся. Не зная, как вести себя в подобной ситуации, Константин впал в какое-то злобное бешенство. Уже приблизившись к дворцу, он наконец придумал наказание для этой наглой девки, которая осталась холодна к его страсти.
Подойдя к парадному входу, Константин окликнул Агафью, которая спускалась с крыльца.
— Немедля позови ко мне Андрея Прохоровича. Я буду в кабинете, — распорядился князь.
— Слушаюсь, барин, — ответила Агафья и проворно засеменила в сторону рабочего дома.
Урусов, перепрыгивая через ступеньки, влетел во дворец и устремился в свой кабинет. Даже не закрыв дверь, он стремительно приблизился к тайнику, вмурованному в стену за картиной, и, умелым движением открыв потайной механизм, распахнул шкафчик. Порывшись в бумагах, он нашел нужный документ и, вытянув его из тайника, устремился к своему столу. Там князь проворно зажег свечу и, свернув документ вчетверо, подставил бумагу на съедение огню. Видя, как пламя пожирает темные строки, Константин ощутил мрачное удовлетворение. Эта была вольная грамота Груши, приготовленная еще его матерью, но не подписная. Константин откладывал это на потом, а сейчас почти со злорадством наблюдал, как бумага, которая была так важна для этой гадкой девки, рассыпается пеплом.
Груша, отдав поводья пегой лошади Степану, вошла во дворец. Нервно сжимая в руке перчатки, девушка направилась в комнату к княжне Татьяне. После того, что случилось у реки, Груша понимала, что более медлить нельзя и надобно попросить защиты у княжны от домогательств Урусова. Зайдя в розовую спальню Татьяны, Груша с удивлением обнаружила, что княжна собирает чемоданы.
— Вы уезжаете? — удивилась Груша.
— Ах, это ты? — холодно заметила княжна и обернулась. — Да. Еду в Петербург к Разумовским.
— Мне тоже следует поехать с вами? — спросила с радостью и каким-то воодушевлением Груша, горя огромным желанием удалиться из поместья и избавиться от преследований князя.
— Зачем? Я еду одна, — ответила жестко Татьяна и отвернулась к шкафу.
— Прошу вас, Татьяна Николаевна, возьмите меня с собой! — взмолилась в отчаянии Груша, ощущая, что все же не может рассказать обо всем княжне, ибо это слишком унизительно и гадко.
Татьяна хитро прищурилась и злорадно усмехнулась. Но Груша этого не видела, так как княжна стояла к ней спиной. Ей уже доложила Проша, что Груша уехала кататься верхом с Константином. Оттого княжна решила, что пора оставить их один на один, чтобы скорее свершилось то, чего она так давно желала, и девка наконец сделалась любовницей Урусова.
— Я не могу тебя взять, Груша! — воскликнула притворно несчастно Татьяна. — Графиня Оленька просила меня до свадьбы сходить с ней по магазинам, прикупить все необходимое к празднествам. А венчание уже через две недели. Мне будет не до тебя!
— Но я не помешаю вам, — не унималась Груша, с отчаянием хватаясь за последнюю спасительную соломинку. — Я буду во дворце сидеть и ждать вас.
— Я же сказала, нет! — возмутилась Татьяна.
Груша опешила. Еще никогда княжна не разговаривала с ней таким ледяным надменным тоном. Нахмурившись, девушка поняла, что найти заступничества у хозяйки не получится.
— Удачной вам поездки, Татьяна Николаевна, — несчастно прошептала Груша и, осторожно закрыв дверь в спальню княжны, пошла на кухню.
Агафья, как всегда, была там, — девушка, увидев няню, тихо подошла и, стараясь не смотреть на остальных дворовых девушек и кухарку, сказала:
— Я такого натворила, нянюшка, — пролепетала Груша.
— Что же, дитятко?
— Ох, и не спрашивай, — прошептала девушка. Агафья, увидев в глазах Груши слезы, отвела ее в сторону. Усадила на лавку и начала ласково гладить по голове. Лишь спустя несколько минут Груша немного упокоилась и уже тихо прошептала: — Только на одно надеюсь, что князь не сильно разгневался…
— Да что случилась, доченька? — опешила Агафья.
В этот момент в кухню заглянул Лука, дворецкий, и воскликнул:
— Вот вы где, Аграфена Сергеевна! Я уж весь дворец обегал. Константин Николаевич срочно требует вас к себе в кабинет. Идите быстрее, уж очень он зол отчего-то…
Груша нахмурилась, похолодев и понимая, что ей придется выдержать грозу от Урусова за свой отказ. Все так же в кобальтовом платье для верховой езды, держа в руках перчатки, девушка направилась прочь из кухни. Уже через пару минут она приблизилась к нужной двери. В этот момент из кабинета вышел Елагин. Увидев Грушу, молодой человек проворно закрыл дверь за своей спиной и, быстро приблизившись, с упоением и трепетом пробежался пораженным взволнованным взором по ее бледному лицу.
