Будь у тебя, дорогой читатель, возможность оказаться в секретной лаборатории Червини, ты без сомнения познал бы весь спектр удивлений. От лёгкого интереса до животрепещущего шока. Того самого состояния когда челюсть падает на пол, а в голове остаётся лишь одна мысль: это вообще возможно? И если судить по существу: два метра роста, шерстяной головой, скрывающей лицо и массивным, раздутым подобно шарику, телу; да, возможно. Оно было ни живым, ни мёртвым. Но протяжные завывания доносились из-за скрытого в шевелюре шерсти рта.
О, мой дорогой друг, не спеши впадать в истерику. Ведь это всего лишь опыт Червини, который, а вот и он, стоит близ каких-то приборов и скляночек с дохлыми мошками, расставляя их на стол. Возможно возраст сделал из учёного такого перфекциониста. Сегодня настроение господина в мантии, было поистине прекрасным. Дела обстояли как нельзя лучше, кровь поступающая из всего королевства требовала изучения и он не обращая внимания на пробегающие сутки, усидчиво выполнял свою работу.
Сколько же фарса устроили приближенные короля, нарекая Червини безумцем и приспешником ада. Конечно же, всё это они говорили за спиной, удобно расположившись в кабаках и на балконах своих усадеб. Но сам правитель был твёрдого мнения, и вот что он говорил про разного рода опыты: они нужны, они будут и точка. Если господин Червини сможет, как вы говорили, а, расшифровать генокод, это будет открытие мирового масштаба, совершённое у нас, в Эверсете.
Занятие это, скажет вам хозяин лаборатории, наискучнейшее. Но того требует наука, а наука, знают все высокие умы, поглощает время быстрее чем любое другое ремесло. Так и проходили сутки усидчивых работ, рядом с новым творением: созданием, в генах которых Червини специально добавил несколько мутаций различных видов. О, нет-нет, генов сдавших кровь в существе не имеется. Это старый образец, который — размышлял учёный — ещё сможет себя показать. И сделает он это — ухмыльнулся старик — уже очень скоро. А пока… Пока бесконечные скляночки с дохлыми мошками, вздутые животы которых содержат кровь.
И вот очередная мушка лопается от удара небольшого молоточка, и содержимое её желудка оказывается перед окуляром учёного. Сначала на лице хозяина лаборатории промелькнул интерес, следом привычное раздражение, а после…
— Любопытно… Смешанные гены felis, и leones. Хм, очень укреплённые и… И что-то ещё, что же это? Так, где там мои записи… Угу, ах, не та страница! Вот, кажется… Да, впрочем, нет. Что же это?
С этим вопросом учёный мучался оставшийся вечер, и чуть было не пропустил назначенный на полночь выпуск существа. Это было важно, ведь таким образом франкенштейн сможет вкусить крови и умертвить кучку новичков, собирающихся в ущелье и тем самым принесёт новые трупы для изучения своему хозяину. Но после получения интересной крови, Червини задумался об надобности таких поспешных действий. На скляночке с изучаемым образцом, размашистым почерком было написано: Бенджамин Патон.
Удивление посетило хозяина лаборатории. «Неужто это тот самый Бенджамин Патон, покинувший родную обитель много лет тому назад — размышлял Червини. Нет, этого не может быть. Старый маразматик намеревался найти Новый мир, а нашёл кончину и подарил обезумевшим тварям свою плоть. Но если это не он, то кто же?» — Внезапно появившаяся задачка поглотила всё время учёного, и лишь в полночь он отвлёкся и спустив существо с цепи, направил по системе подземных туннелей в Дикое ущелье, где и будет происходить испытание новичков. Кроме Червини никто не имел карту подземелий, да и он сам толком не мог представить насколько многообразный мир существует под его ногами. Ущелье всегда менялось, проживая свою жизнь в независимости от желаний существ наверху.
Мысли Червини всё так же крутились вокруг Бенджамина Патона и его ухода много, уже и не вспомнить сколько, лет назад. Становилось понятно, что некто выдаёт себя за пропавшего авантюриста, и судя по всему не имеет ни грамма совести, раз называется именем прославленного героя. Но это в меньшей мере волновало учёного, истинная причина его дум, заключалась в генокоде существа использующего чужое имя. Это были не просто хорошие гены, они могли изменить все старания хозяина лаборатории. Поэтому он во что бы то ни стало, пообещал себе заполучить этого индивида и разобрать его по кусочкам.
— Бенджамин! Вставай Бенджи, Бенджи быстрее! На нас напали, чудища повсюду! — Девушка, что есть силы тормошила спящего соратника, вцепившись в плечо и трясся как жадную свинью-копилку. Стоит отдать юноше должное, он резво вскочил и взяв первое, что попалось под руку, выскочил на улицу принимать бой с обезумевшими монстрами. Его крик пронзил воздух, приковывая внимания обитателей лагеря.
