— Приди ты чуть раньше, застала бы главное событие торжества. Эта история для драматической пьесы! Вот как всё было…
Афалион, как и всегда, не утаивал ничего от своей давней знакомой, агента из соседнего королевства. Шут поведал о дневных событиях, рассказал исход внезапного боя двух начинающих авантюристов и ангельское очищение, благодаря которому, демоновы силы отступили.
— Значит один из них якшается с демонами?
— Верно. Король наказал: его не трогать, но всех выданных титулов лишить. Это здорово ударило по самолюбию его наставницы. После церемонии, аккурат я собирался на встречу с тобой, она грызлась с правителем употребляя слова слишком недостойные, чтобы их говорили уста молодой женщины.
— Жестоко и смешно. А второй? Кажется ты упоминал, что он felis…
— Да О, о нём можно долго говорить. Червини кажется неровно дышит в его сторону. И сегодня он имел смелость напасть на бедное создание со всей своей злобой. Рубил безумно, без сомнения, желал засечь.
— Любопытно. Рулан уже проинформирован об этом?
— Я намекнул своему господину, так, невзначай… Думаю он приструнит учёного, потому как его дела, не должны становится достоянием общественности. Слишком тёмные и далекие от гуманности.
За воротами усадьбы послышались крики, видимо отряд Крузаны продолжает праздновать своё возвращение. Об этом спутница шута так же спросила, и он поведал ей о недавнем путешествии героев, что продлилось не более двух недель.
— Сегодня доставили части страховидла, убитого авантюристами. Признаюсь честно, впечатляет. — Добавил Афалион, беря за руку девушку и незаметным движением пальца указывая той на подходящих к дому Крузаны существ. Один из них, тот что высокий, массивный с хоботом и клыками — Ватрувий, держал подмышкой огромный бочонок; рядом топал сэр Курви, возбужденно жестикулируя. Оба были облачены в праздничные халаты, ярких окрасов. Они миновали забор усадьбы и вскоре скрылись внутри.
— Кстати о птичках. Давненько я не слышал о сэре Марко, он ведь отправился в ваши земли, кажется…
— Живой. Набивает брюхо в замке королевы, и пытается помочь сумасшедшему барону. Короче говоря — бьёт баклуши. Король не собирается созывать своих авантюристов?
— Судя по всему, пока что нет. Да и страховидлов у нас, стало меньше. Как видишь, финансирование в юные сердца, возвращается безопасностью земель.
— И всё-таки вмешательство демона, в дела авантюристов… Предчувствую негодование ангелов.
— О, те уже закидали нас письмами: с угрозами, соболезнованиями, требованиями… Всё усугубляет король, который недолюбливает их и ясно даёт понять, что дружбы не будет.
— Значит он принял сторону Евы?
— Конечно нет! У нас священное королевство, где поклонения тёмной госпожи — еретично. Но… Я ведь тебе рассказывал про мешки злати, отправленные "доброжелателем"?
— Да, помню. Это и есть плата за вовремя закрытые глаза.
— Как бы то ни было, на подобные события, глаза закрывать уже невозможно.
Дальнейший разговор вёлся на ходу и был самой обычной, ничем не примечательной, беседой. Как и подобает хорошему информатору, Афалион обо всём поведал спутнице, а та, позаботилась, чтобы эта информация добралась до нужных ушей. Таким образом, не больше чем через четыре дня, союзные королевства были проинформированы о событии произошедшем в Лутергоге.
Бенджамин одиноко стоял у окна, меланхолично смотря на проходящий люд. Ему следовало бы радоваться, а как же, посвящение в авантюристы состоялось! Огромный поток существ хлопал в его честь, вот счастье-то! Но отчего-то на душе было паскудно, и где-то там, глубоко внутри, он понимал: вина за отстранение Иосифа лежит на его плечах. Отдай он украшение, скрывающее душу ангела, его товарищ смог бы договориться с демоном и возможно тогда, всё обошлось бы и ситуация разрешилась благоприятным образом. Но, что тут греха таить, так и случилось, но лишь для него самого. Homo же, повезло намного меньше. Он уже лишился своей именной таблички, бросив её в "очищающий" огонь. В тот момент выходец из дюн испугался, подумав, что на месте товарища мог быть и он сам.
Felis отошёл от смотровой точки, миновал гостиную, где засиделся Ричи со своей давней знакомой, которая работала в усадьбе Крузаны прислугой и родила от негодника славного мальца. Кроха тихо сопел на диване, заставляя выходца из дюн улыбнуться. Как только он зашёл на кухню, тут же встретился с Иосифом, потягивающим очередную бутылку. На лице бывшего авантюриста, красовалась улыбка, та самая, говорящая: я пережил это и победил.
— Где все? — Не зная как начать разговор, спросил Бенджи.
— Крузана до сих пор ругается с королём. Бэма, Соню и Клауса я видел на площади когда шёл сюда. Ина в подвале, принимает подарки от Курви и Ватрувия.
— Тяжело тебе пришлось. — утвердил выходец из дюн, кивнув на окровавленную тряпку, обмотанную вокруг ладони homo — Крови-то было…
