Фредрик сел на журнальный столик, уперся локтями в бедра и посмотрел на свои ботинки.
— Я сегодня заходил на поминки Бенедикте Штольц. — Он рассказал Кафе об атаке на сервер ТВ2 и о том, что у Бенедикте были отношения с Беатой Вагнер, и что та действительно была одним из тайных источников журналистки.
— С Бенедикте вышли на связь больше года назад. То был другой, неизвестный источник. Видимо, этот источник навел ее на след скрытой сети. На каких-то влиятельных персон, агентов, военные операции… — Помедлив, Фредрик посмотрел на Кафу. — Тут происходит что-то серьезное, Кафа. И мы не видим всего масштаба. Мой отец, вилла Равнли, Стаффан Хейхе, тайные операции… а теперь это.
Он встал с журнального стола и крикнул:
— Тересе, вы там заканчиваете, можно вызывать собаку?
— Дай нам час. Но зачем? Дом прочесали вдоль и поперек при аресте Франке. Здесь не может быть героина.
Фредрик достал телефон.
Завершив разговор, он заметил, что Кафа смотрит на него нахмурившись.
— А что за материал удалили с сервера ТВ2?
— Всё. Записи, контакты… и какие-то видео проекта Бенедикте под названием «Темное время».
— «Темное время»?
— Сырой материал для первой серии документалки, как я понял. Афганских террористов с семьями перевозят в Норвегию и дают им новые имена и судьбы в обмен на то, что те сдают своих командиров. Как по мне, идея — полное говно для родины.
Он мог поклясться, что Кафа побледнела.
— Тебе это о чем-то говорит? — спросил он.
Она не ответила.
— Но теперь материалы удалили?
— Если нет запасной копии, то да.
Собаке понадобилось меньше пятнадцати минут. Под вынутым в гостиной куском пола развернутый из нескольких слоев фольги кубик коричневого цвета. Четыреста граммов коричневого ароматного наркотика.
— Не понимаю, — произнес кинолог. — В прошлый раз мы тут все прочесали.
Фредрик улыбнулся.
— Не сомневаюсь. В прошлый раз героина тут не было.
— Убийца Риты Нуре пришел в дом, чтобы подбросить героин, — сказал Фредрик.
Хоть и было темно — уже почти наступила ночь, Кафа быстро вела машину. Звонил Себастиан Косс и просил следователей с Тересе как можно скорее прибыть в управление.
— Почему это? — спросила Тересе.
— Франке — единственный оставшийся в живых, кто сможет рассказать нам, что происходит. Кто стоит за похищением наркотиков. Одно дело, если Франке вынудили украсть их со склада конфиската. Другое, если он сам украл героин, чтобы продать. Кто-то хочет его очернить. Уничтожить истинную картину преступления.
Косс ждал у лифта.
— У нас кое-что произошло, — сказал он и быстрым шагом повел их за собой по пустому офису полиции.
— Хуже того, что жене полицейского размозжили башку прикладом ружья?
— Потенциально — намного хуже.
Они прошли мимо стола Франке. На опустевшей обшарпанной столешнице стояли коробки с вещами Нуре, собранные людьми из специального отдела. Косс обогнул этот стол, словно он был заразен, после чего открыл дверь в одну из переговорных без окон. Стеклянная стена в коридор была занавешена шторами. И Фредрик, только войдя внутрь, увидел за овальным столом начальника управления Неме.
— Телефоны, — сказал Косс, протянув руку. Он сложил их в коробку для документов, закрыл дверь, щелкнул замком и жестом показал всем садиться.
— Хорошо, что вы смогли приехать так оперативно, — сказал Тронд Антон Неме. Его форменный китель висел на спинке стула. На рубашке под мышками темнели большие пятна пота.
— Бейер, Икбаль и Грёфтинг, — начал он. — Вы все работали над расследованием бойни в общине в Сульру?
Начальник имел обыкновение задавать порой те вопросы, ответы на которые уже знал. К чему он клонит?
— Тересе руководила группой криминалистов. Мы были следователями, — в недоумении ответил Фредрик.
— Бейер, вы сможете вкратце доложить по тому делу?
— Не уверен, что вполне вас понимаю. Бойня в секте Сульру? Вы же сами с Коссом руководили расследованием?
— Я бы очень хотел выслушать вашу версию.
Мою версию. Что, черт возьми, он имеет в виду?
— Ну хорошо, — начал Фредрик. — Я включился в это дело, когда Кари Лисе Ветре… тогда она еще была не государственным советником, а рядовым политиком в Стортинге, пришла к нам в полицию. Она волновалась за свою дочь Аннетте, потому что та не выходила с ней на связь.
Аннетте была членом общины, живущей на хуторе Сульру. Скорее даже секты буквальных толкователей Библии под руководством нескольких властолюбивых мужчин. Они были противниками иммиграции мусульман, ЛГБТ и разрушения семейных ценностей… всего разом. У Аннетте был ребенок от одного из членов секты. Вскоре после того, как мы завели дело об исчезновении дочери Ветре, на хутор напали и убили пятерых мужчин. В том числе управлявшего сектой пастора.
Кафа кивнула в подтверждение.
