В выходные криминалисты постарались на славу. К утру понедельника были готовы расшифровки тайного телефона Штольц. Фредрик с Тересе остались посмотреть их после утренней планерки.
Большинство СМС — короткие. Слова из одного слога, как ок или да. Но не все. Для проекта Темное время. Ключ — «Организация». Относись критично к полиции и их объяснениям. В корзине гнилые яблочки. Сын Кена Бейера — полицейский.
— Это написал кто-то, кто меня знает! — Фредрик разинул рот от удивления, прочитав сообщение.
— Похоже на то.
— Гнилые яблочки в корзине, — пробормотал он. — Это о Франке?
Тересе, ничего не оставалось, как пожать плечами.
— Эти сообщения отправлены журналистке первым источником, — наконец сказала она, постучав ногтем по документу на столе. — Неизвестным нам отправителем.
— Таинственным ПЮ.
— Вторым источником Бенедикте была Беата Вагнер. Вот сообщение, которое Бенедикте получила утром в день убийства. — Тересе показала: «Р.Рейсс». 11:00. Маридалсваннет». Что и требовалось доказать. Убивший Беату Вагнер украл ее телефон и использовал, чтобы заманить Бенедикте в ловушку и убить.
— Они явно были в отношениях. Обменивались сердечками и откровенными сексуальными сообщениями. Кажется, встречались они в студии йоги, чтобы потом провести вместе пару часов. Но ты послушай вот это, — сказала Тересе и стала читать вслух. — «Хенри говорит, что его пытаются шантажировать. Что есть одно видео. Может, это одна из его безумных игр разума, я не знаю. И все же не могу избавиться от ощущения, что кто-то за мной следит. Ты уверена, что это безопасно? Может, у меня просто паранойя».
— Полагаю, дальше, чем установление того, что Беата была источником Бенедикте, мы не продвинемся, — сказал Фредрик. — Видимо, она пользовалась своим секретным доступом, чтобы добывать информацию для Бенедикте. А потом кто-то напал на их след.
Тересе отодвинула бумаги.
— Анализ ДНК показал, что частички кожи под ногтями Риты Нуре — ее собственные. Так что тут мы ничего не узнали. Отпечатков пальцев убийцы мы тоже не нашли. Ни на ружье, ни в доме. — Она положила руку на локоть Фредрика и посмотрела на него участливым взглядом. — Тебе неприятно, что в деле фигурирует твой отец?
Фредрик накрыл ее руку своей и грустно улыбнулся.
— Мой отец мертв. Какую бы роль он ни играл в этой игре, это все равно ничего не изменит. Меня больше интересуют живые. «Организация».
— Может, обсудим этих живых за стаканчиком сегодня? — предложила Тересе.
Что еще нужно старому полицейскому, который в последние годы общается с одними трупами? Он был на седьмом небе от счастья, пройдя ворота в больницу Улле-вол. Правда, улыбка мгновенно исчезла с его лица, когда он завернул за последний угол больничного коридора. Перед дверью в палату Франке Нуре стояла Стине. Та женщина, которую он привел к себе домой из «Paris H».
Ее светлые, заплетенные в косу волосы, лежали на плече поверх полицейской униформы.
— Бейер, — улыбнулась она. — Мне сказали, что ты зайдешь.
— Хорошо, — пробурчал Фредрик. — А ты что тут делаешь?
— Дежурю. Ничего другого мне нельзя с тех пор, как забеременела.
Фредрик не смог скрыть удивления, и она весело рассмеялась.
— Шучу. Сломала мизинец на ноге во время корпоративного футбольного матча. Врач сказал, мне повезло, могла сломать и лодыжку.
— Ну слава богу.
— Что я сломала только мизинец? Или что не беременна?
Фредрик кашлянул.
— Кстати, я нашел твои… вещи.
— Убери в пакетик да положи мне на полку, — сказала Стине, не переставая улыбаться. — Надеюсь, ты не носишь мое белье в кармане.
Фредрик вспомнил, что он действительно положил его в карман. Не в эту куртку, правда, а в ту, что была на нем, когда приходила Тересе.
— Договорились, — сказал Фредрик, открывая дверь в палату Франке.
