Вячеслав Михайлович опустил антропологические данные и описание развернутого психофизического портрета. Он также бегло пробежал вводную часть документа, где потомок баварских крестьян, был представлен, в качестве малоинтеллигентного и чрезвычайно упрямого почитателя докладных записок. Короче, он не поверил, что группенфюрер СС был беспрекословным исполнителем, неотесанным мужланом бюргерского замеса и прочая, прочая, прочая...
Понимая, что это не совсем точная оценка объекту его нездорового интереса, Молотов перевернул записку и прочел содержание оборотной стороны листа. То есть, посмотрел на неведомого противника как бы с другой точки зрения. Все, что он там обнаружил, было совершенно невероятным, но и в высшей степени правдоподобным [37]...
Опять закружилась голова, и зашалили нервы. Вячеслав Михайлович оглянулся на дверь. Пальцы с аккуратно обработанными пластинками ногтей предательски дрожали и чтобы успокоить посетившее его волнение, бывший нарком судорожно сглотнул две таблетки валидола. Пересохшее горло с трудом протолкнуло лекарство, и Молотов для облегчения своих страдания выпил стакан теплой с привкусом растворенного хлора воды...
Полегчало... Он вдохнул окружающий воздух и отогнал навалившийся на него испуг. Зачем он читает все это? Но снова и снова в распирающей голове взаимоисключающие характеристики накладывались друг на друга, смешивались и лепили неведомый образ будущего союзника. Стоп!!! Какой, к черту, союзник?! Молотов обеими руками ухватил снизу кресло и с грохотом сдвинулся как можно ближе к стеновым панелям. Прохлада финской березы, к которой он приложил безволосую макушку, понизила внутренний накал, но голубую жилку еще долго лихорадило и переполняло кровью расшалившегося сердечного аппарата.
"Спокойно, ... спокойно... Сталь ведь тоже ржавеет и мне действительно нужен союзник высочайшей пробы... Кто сказал, что в этом поганом мире только Мюллер построил свое ведомство по правилам инквизиторского периода?"
Молотов протянул дрожащую руку к кремлевской вертушке.
- Берия, у аппарата! ... Слю-шаю...
Во время последовавшего разговора толстое холеное лицо бывшего наркома покрыли розовые пятна - верный признак развивающейся подагры...
ГЛАВА 52
- Ну, всё, можно уходить! - Крест затянул тонкий сыромятный ремешок и для надежности обстучал мокасинами полозья. Довольный от результатов своего дела, указал Валихану на нарты: - Как по маслу пойдут!
Уже с вечера он прожужжал все уши, обосновывая необходимость своего ночного пребывания у Манак. Аману в принципе было все равно, чем всю ночь занимался его дружок, но никакой обещанной и воплощенной реконструкции он не заметил: нарты, как нарты... но спорить не стал, только кивнул, соглашаясь с Корнеем: "Очень хорошая работа, однако!"
Провожать Корнея вышли всем стойбищем. Шаман и старейшины, глотая едкое тягучее марево, молча посасывали трубки. Мужчины помоложе переминались отдельно, и только детвора все норовила ущипнуть новую малицу Корнея...
Порыпанный снег еще не сошел, но в воздухе уже крепчал дух наступившей весны; диск утреннего солнца наползал на тундру, покрытую блескучими разводами талой воды. Далеко впереди фигура белого медведя медленно уходила за видимый горизонт...
- Прощаться не будем, - Крест, не оглядываясь, сел на нарты.
Олени потянули в сторону солнца. Другой нанаец привычно побежал рядом. У порога крайней яранги, Манак откровенно плакала, глядя вслед исчезающей точке и прикрывая рукавицей узкие расщелины глаз...
Итак, второй план вступил в решающую фазу. Если кому-то и показалось, что план Корнея попахивал безумием, то это не так! Сталин знал что говорил, характеризуя Креста, как человека кипучей энергии, могущего пойти на поступок и практически неуловимого для рядовых ловцов-исполнителей ...
* * *
С разрешения Сталина начальник подотдела Волков получил доступ к чрезвычайно тайным документам из личного архива вождя...
Изучая литерные дела, старший майор с изумлением постигал широту познаний и способностей Креста. То бишь, Корнея Симоненко, командира боевой "шестерки" [38], в последствии комиссара ЧК и ценного сотрудника закордонной разведки.
Начальник подотдела от волнения даже закурил, чего не делал уже долгое время...
В те времена к всевозможным хапугам, новоявленным нуворишам и прочему проворовавшемуся советскому классу применялся революционный закон, диктуемый железным порядком - расстрел! Воспитанный на беспрекословном выполнении указаний, беспартийный Корней Симоненко, бывший уголовник Крест, с успехом проводил в жизнь политику термидора.
"Выходит Сталин был неспроста приближен к телу Ильича! - чекист размазал по пепельнице мгновенно сгоревший окурок. - Владимир Ульянов опирался на Кобу с одной единственной целью: обеспечить неукоснительное проведение в жизнь своих бредовых задумок! Теоретически малограмотное "лицо кавказской национальности", как раз и подошло к этой роли. Роли крыши" [39]над глобальными идеями, истекающими из воспаленного мозга вождя мирового пролетариата..."
