Неожиданно громко хлопнув рукой по подлокотнику, дон мафии меня тут же исправил.
– Дедушка или нонно по-итальянски! Виктория, разве я не сказал, что ты можешь в любой момент приехать на Сицилию, как моя внучка?!
Я кивнула.
– Значит называть меня должно теперь вот так, – смягчился синьор Лукрезе.
– Хорошо, нонно, – еще более нервно улыбнулась я. – Прошу прощения за мою ошибку. Больше этого не повторится.
Не знаю почему, но, несмотря на взрывной и упрямый характер, старик мне понравился с первой секунды знакомства.
Было в нем что-то такое, что напоминало о моем дедушке Давиде по маме. Он, конечно, был не мафиози, а просто характерный грузин, который жил в высоко-высоко в горах, но и ему, и моей маме тоже нельзя было перечить. Хотя моя бабушка Маша по папе, тоже была женщиной и доброй, и ласковой, и полотенцем могла отлупить не легче, чем ремнем, если я не слушалась.
В общем строгие и авторитетные у меня старшие родственники. Были. Правда в моей семье последствий обид от такого дедушки, как синьор Лукрезе, не было.
– Я так понимаю, вы подружились? – вопросительно посмотрел он на нас.
– Подружились, – двусмысленно бросил на меня взгляд Сандро. – Мы же взрослые, воспитанные люди. Тем более Виктория такая образованная девушка, просто образец манер и правильного воспитания. Дедушка, от нее даже фразы неуместной не услышать, с ней ведешь не беседу, а просто наслаждаешься музыкой слов.
У меня чуть зубы не свело от его сарказма.
– А Сандро обладает таким чувством юмора, – бросив взгляд на Сандро, я наслаждалась тем, как его перекосило. – Дедушка, я даже не догадывалась, что можно даже в напряженных ситуациях найти повод посмеяться и почувствовать… Почувствовать такую легкость на душе.
Я театрально закрыла глаза, пытаясь показать свой восторг.
– А как он умеет подбодрить, подсказать, замотивировать…
– Не переигрывай, – сквозь зубы прошипел мне Сандро.
Расплываясь в непонятной мне улыбке, синьор Лукрезе цепко наблюдал за нами.
– Чудно! Я очень и очень рад, – довольно протянул синьор Лукрезе.
Заметив, как Сандро слегка кивнул мне, я осторожно начала озвучивать наш уговор.
– Дедушка, я бы хотела погостить у вас пару дней. Могу я остаться пока не сделают мой паспорт?
– Всего пару дней? – изумился дон мафии. – Минимум месяц.
– Месяц?! – воскликнули мы одновременно.
Каждый из нас посмотрел на другого явно оценивая всю “радость” такого гостеприимства.
– А разве можно почувствовать все наше радушие за меньший срок? – обиженно посмотрел на меня синьор Лукрезе. – Или гостить у дедушки в тягость?
– Нет, конечно, – проблеяла я. – Но у меня работа там есть… Такая хорошая…
– Ой, да какая это работа, – отмахнулся синьор Лукрезе. – Найдем тебе работу здесь, если так хочется работать.
Не хочется, чтобы мне искали работу без моего участия. Но разве можно сказать что-то дону сицилийской мафии?
За спиной кто-то шевельнулся, и я едва не подпрыгнула на месте видя охранника в черном больше похожего на шкаф. Я боялась, что меня снова схватят, а оказалось, что мне просто протягивают новенький паспорт, но не России, а сразу Италии.
– С-с-спасибо…
Правда я побоялась открыть его и увидеть какая там написана фамилия. Надеюсь, что моя. А то вдруг и правда "увнучили", а у меня даже успокоительного под рукой нет.
– Тем более я предлагал пару дней, потому что думал, что вы грызетесь, как кошка с собакой, а вы так хорошо поладили, – сверкнул дедушка глазами. – Вы же не настолько не уважаете меня, чтобы врать мне прямо в глаза?
Мы с Сандро тут же просияли самой искренней радостью.
– Так что, Виктория, ты будешь под опекой Сандро. А я пока поеду посетить врачей в Швейцарию, вернусь к Пасхе, и мы отпразднуем ее все вместе.
– А какого числа в этом году католическая Пасха? – вырвалось у меня.
– Двадцать первого, – усмехнулся дедушка. – А там еще пару недель пролетит незаметно, а может быть и еще парочка. И работу вам найдем… Подходящую…
Довольно хлопнув себя по коленям, дон мафии встал и направился к дверям, а я не в силах даже смотреть на свой “приговор” тут же пошла за ним следом.
– А ты куда идешь, дольчеза? – улыбаясь спросил меня старичок.
Боясь его следующих слов, я попыталась естественно ответить:
– К себе в номер, дедушка…
Тепло, улыбнувшись, мафиози легко похлопал меня по спине и подтолкнул обратно.
– Миа кара нипоте, Виттория… Твоя скромность, греет мое сердце, но пора бы уже и глазки раскрыть, – он указал на дверь. – Это наш семейный номер, тут четыре спальни только для моих дорогих внуков. Ты поживешь в комнате Пауло – вон там.
Пока я вспоминала, что перевод "кара нипоте", с итальянского означает "дорогая внучка", дедушка уже привел меня к большому угловому дивану.
Как вдруг он задумчиво остановился и посмотрел в потолок.
– Нипоти, а как там эта штука в телефоне называется, где вы молодежь фотографии и видео показываете друзьям?
– Инстаграм, дедушка, – с отчаянием выдохнул Сандро.
– Вот, точно! Устанавливай мне его, Сандро, – он решительно протянул ему свой айфон. – Мне на обследовании в Швейцарии будет скучно, а так буду смотреть на вас и на душе будет сразу теплее…