— Боюсь, что твой муж будет против моей кандидатуры, — не удержавшись, едко ответил Северус. — Полагаю, в роли крёстного он захочет видеть своего дружка Блэка.
— Сириус… — Лили чуть поморщилась. — Сириус сам ещё как ребёнок.
— Ну, а меня Поттер… — Северус заставил себя умолкнуть и подумать. Оттолкнуть Лили сейчас — значит расписаться в собственном бессилии и отдать её Поттеру насовсем. В конце концов, его «крестничество» сможет стать поводом для ссоры, если, точнее, когда Поттер будет против. А Лили упрямая, и если что-то решит… Судьба может повернуться по-разному. — Хорошо… Знаешь, я в целом не против. Если ты так хочешь, пусть так и будет.
— Правда? — улыбнулась Лили. — Спасибо, Северус! Просто, понимаешь… — пустилась она в объяснения: — Я тут вдруг задумалась о том, что… У меня же совсем никого нет. Да, я не говорила, но мама и папа… В общем, они умерли. Я магглорожденная. Ну официально, как ты знаешь. А Джеймс, он чистокровный… У него тоже умерли родители, но у него есть друзья и куча родственников… Все маги, понимаешь?
— Не совсем, — помотал головой Северус, чуть отвлёкшись на нежно закушенную губу.
— В общем, мне хотелось бы, чтобы у меня был кто-то, кто… Был бы только за меня и моего ребенка. Из магического мира… Потому что… — Лили умолкла и отвела взгляд. Её брови двинулись, и лоб прочертили тонкие, но суровые морщинки.
— Он что, воздействовал на тебя чарами? — прищурился Северус, пытаясь разгадать, что творилось на душе у Лили и в чём кроется причина её волнений. Напыщенный болван что-то с ней делал против воли?
— Я… Я не уверена, Северус, — быстро посмотрела на него Лили. — Я… Я уверена, что Джеймс бы не посмел, но…
— Но? — взял её руку Северус, машинально отметив учащенный пульс.
— Но… Бывали странные моменты, — деланно рассмеялась Лили. — Например, я совсем не помню… — она покраснела и сказала тише. — Совсем не помню, как забеременела. Нет, не подумай!.. — тут же спохватилась она. — Мы с Джеймсом хотели детей. Но он вроде как говорил, что нам ещё рано, потому что сейчас в мире сложная обстановка и назревает война, а потом… Я всегда принимала специальное снадобье перед… Я точно помню, а потом… Когда это случилось, я даже проверила фиал, вдруг там что-то перепутали… Да и Джеймс так занят, что это происходит не так часто… Но, наверное, бывают осечки, да?.. Или зелье выдохлось… — смущенная Лили подняла взгляд.
— Ты никогда не жаловалась на память, — вложив весь свой скепсис, сказал Северус. У самого на душе стало отвратно. Такие подозрения на пустом месте не появляются. Вдруг и правда Поттер что-то сделал с Лили, а потом подчистил её память? У Поттера с его дружком Блэком всегда находились оправдания своим поступкам с попустительства директора Дамблдора и этой их молодой деканши-МакГонагалл… В голову лезли предположения одно другого ужасней.
— А может, я просто перенервничала, — тут же начала успокаивать себя и его Лили. — Уверенна, что Джеймс обрадуется ребёнку… Просто всё это так неожиданно. Я даже как-то хотела связаться с роднёй отца… Но там без вариантов. Он и сам не мог… и явно не знал, как их найти.
— Ты так и не говорила подробностей, — вспомнил про это Северус. — Если хочешь, я попытаюсь что-нибудь выяснить для тебя, думаю, у меня больше возможностей, — он подумал, что можно попросить Люциуса что-то разузнать.
— Не уверена, что это будет безопасно, для тебя и для меня… — вздохнула Лили. — Когда отец умер… В общем, мы с Петуньей просмотрели его вещи, да и сам он кое-что рассказывал. По всему получается, что ему немного изменили память, чтобы он не мог как-то компрометировать своих родных, а так… Мы узнали кое-что пострашней изгнания из магической семьи…
— И что же это? — спросил заинтригованный Северус.
— Мы нашли его документы, старые документы, он сменил имя, — вздохнула Лили. — Не знаю, хорошо ли ты знаешь маггловскую историю, но мой отец, как оказалось, был не последним человеком в Третьем Рейхе, чуть ли не одним из приближённых Гитлера, одним из командования. Он рассказывал нам, что когда учился на первом курсе «Дурмстранга», его втянули в один ритуал, из-за которого он потерял магию. И проводил этот ритуал… — Лили вздохнула. — Геллерт Гриндевальд. Тогда ещё семикурсник. Его после такого исключили. И отца — тоже, так как как сквиб не может учиться в магической школе. Потом, уже в сорок четвёртом, мой отец прознал об участии Гриндевальда в этой войне, и решил скрыться, пока может. Он понял, что готовится что-то очень нехорошее… В общем, разыграл свою смерть и исчез, скрывшись в Британии. Он женился на моей матери, уже будучи в возрасте. Хотя сквибы выглядят моложе обычных людей. Отец взял фамилию моей матери и стал Эвансом, а имя Ганс он поменял на «Гарри».
— Можно попробовать узнать его настоящее имя в архивах «Дурмстранга», — предположил Северус.
