Из-за кампании 1557 года османы практически полностью потеряли флот и утратили инициативу на море. Корабли требовалось содержать, а это дорого. И Сулейман отказался от них, сосредоточив остатки ресурсов на сухопутной армии. Что позволило мальтийским рыцарям, совместно с испанским флотом, нанести серию поражений берберским пиратам. Сокрушительную серию, почти полностью лишив их кораблей. И обезопасив таким образом остров Мальту.
Сейчас же, насколько Жан знал, его люди уже высадились в порту Селевкия и шли сюда. А жители этих, некогда морских ворот Антиохии, попросту сбежали в великой спешке побросав свое имущество.
Причина такого поступка была предельно проста – рыцари ордена являлись самыми непримиримыми врагами мусульман в мире. Хуже того, между орденом и магометанами было уже СТОЛЬКО крови, что лучше было держаться от них подальше.
Устроили бы они резню или нет – Бог весть. Но вероятность такого исхода событий была настолько высока, что никто из жителей даже не попытался испытать свою удачу. От греха подальше…
Мальтийцы спешили на соединение с юным Палеологом. Дабы успеть укрепить его до подхода мамлюков, которых, как сказывали, шло очень много. Но не успели… Тем удивительнее стала для них новость о победе легиона. Впрочем, несмотря на некоторое опоздание, армия пришла. И армия серьезная, хоть и собранная в спешке.
Ее ядро составлял братья-рыцари с Мальты. Но только ядро – самое лютое и боеспособное. Вторым важнейшим компонентом войска была испанская терция. Одна, но настоящая и набранная собственно из испанцев. Ее Филипп II буквально от сердца оторвал. Да и его дядя Фердинанд I Австрийский сумел своевременно передать ордену часть своих наемных итальянских банд. В том числе небольшой контингент ландскнехтов.
С кавалерией у этого войска имелись серьезные проблемы. Только три сотни легкой итальянской конницы. С пушками дела обстояли получше – они у мальтийцев имелись. В том числе серьезные. Но основу их воинства составляла пехота. Хорошая, добротная европейская пехота. Около семи тысяч «рыл» из которых около тысячи бойцов числилась в терции, тысячи двухсот в баталии ландскнехтов и две тысячи семьсот – относилось к мальтийскому войску при пятисот сорока братьях-рыцарях. Остальные – прочие разные отряды, в основном мелкие. И вот эта «сборная» показалась на горизонте как раз во время этой игры в шахматы.
Андрей прищурился, глядя вдаль.
– Зрительную трубу мне принеси, – скомандовал он слуге. А потом, обращаясь к Жану, добавил? – Купцы что ли откуда-то большой караван ведут?
– Или мои воины. – после долгого всматривания в даль, заметил Великий магистр.
– Сейчас и глянем.
– Глянем? Но как?
– Сей момент. – произнес он, принимая трубу. Благо, что сидели они на небольшом возвышении у командирского шатра. Чтобы обзор лучше.
Глянул. И начал осторожно регулировать, меняя фокусное расстояние поворотом специального кольца.
– Во! – довольно произнес он. И протянул свою игрушку Жану.
Тот принял зрительную трубу. Приложил ее к глазу и вскрикнув выронил из рук. Хорошо, что слуга стоял рядом и поймал ее в самый последний момент.
– Что за чертовщина?!
– Это зрительная труба. Позволяет лучше смотреть вдаль. Мое изобретение. Я ведь не только лампами увлекаюсь. И никакой чертовщины в ней нет. Сам глянь – вся крестах. Да и вон тот текст – это «Отче наш».
– Ясно, – подобравшись произнес Великий магистр. Осторожно ее принял вновь. Покрутил в руках. На всякий случай перекрестил. И вновь поднес к глазу.
Вздрогнул.
Но кричать и ронять ее более не стал. А напротив – впился взглядом, изучая детали. Отстранялся и вновь смотрел. Сравнивал.
– Неисповедимы пути Всевышнего.
– Господь наш Вседержитель создал людей по образу своему и подобию. Что ко многому обязывает и многое дает. Миры обитаемые мы пока, к сожалению, творить не можем, ибо ничтожны. Но уж что-что, а познавать Его законы, которым все сущее подчиняется – вполне в состоянии. И такие вот приспособления позволяют преодолеть нашу природную слабость и убогость, дабы приблизить к Творцу в совершенстве.
– Законы? А как же Евангелие? Как быть со Святым писанием и преданием?
– Разве там описаны универсальные законы Вселенной, которым подчиняются и яблоки, и камни, и люди? Нет. Эти тексты – просто поучительные притчи, дабы открыть сердце свое вере в Бога истинного. Но открыть сердце – это первый шаг. Ибо истинные законы небес нам еще только предстоит познать.
– Иные могли бы подумали, что вы склоняете меня к ереси. – осторожно произнес Великий магистр. – О каких же законах небес мы не ведаем?
– О многих. Например, о полете.
– О полете? Яко птица или ангел? – с саркастической улыбкой, переспросил Великий магистр.
– Нет. Для этого у нас тело не пригодно. Но есть и иные пути.
С этими словами он взял лист бумаги. Сложил из него самый обычный самолетик. И отправил его в полет, за которым округлившимися глазами наблюдал Жан.
